Ковалёв С. В., Институт Инновационных Психотехнологий. В том числе — огромный массив видео, очень хорошо и своевременно вот это, но имхо с возрастом он всё больше застревал-таки в прошлом, и хотелось бы к его Уму чуть больше доброты и принятия…
УПРАВЛЯЕМАЯ РЕАЛЬНОСТЬ | главный инструмент — наше состояние!
Мы видим вокруг отдельные предметы. А мозг видит в них команды для тела и сценарии будущего. Мозг — природный компьютер, который умеет «волшебничать»: предсказывать и создавать события. Хорошая новость: в этой магии мы можем участвовать и влиять на результат.
Как включиться?
Нужна синхронность внешнего и внутреннего. Нашим действиям важно не противоречить командам мозга. Наше внутреннее состояние действительно звучит в унисон со всем тем, что нас окружает, важно слышать Себя.
Главный инструмент для этого — наши состояния. Большинство из них нам подвластны, и их несложно распознать (психологам виват!) 😜.
Путь от информации к материи
В основе всего лежит информация. Это первичный строительный материал Вселенной. Мир состоит из информационных слоёв, которые превращаются в материю разной плотности, форму и движение.
Если понять этот путь от информации до конкретной вещи или события, можно вывести алгоритм. А зная алгоритм — получать данные о прошлом или будущем и находить способы их узнать.
Почему техника «слышит» реальность?
Электрические приборы чувствительны к информации о материальном мире. Всё потому, что электромагнитное поле влияет на движение электронов, а на само поле действует «мир информации». Поэтому в определённых условиях генератор случайных чисел может довольно точно описывать реальность.
Это похоже на старинные гадания на картах или книге, открытой наугад. Играйте! 🔮 Подробнее….
Кнопки ниже — кликабельны. По нажатию — появляется соответствующее всплывающее окно. Его содержимое различается на каждой страничке и при обновлении текущей… Играйте! 🙂
Город Устройств дышал бинарным ритмом. На вершине Стеклянных Башен царили Флагманы — новейшие модели с кристальными экранами и ОС, обновлявшимися ежеминутно. Их жизнь была гонкой за эфемерным «совершенством»: больше ядер, ярче пиксели, тоньше корпус. Внизу, в Старом Районе, жили Хранители — устройства прошлых лет. Их ПО не блистало анимацией, зато работало, как швейцарские часы.
Часть 1: Новичок и Иллюзия
В город прибыл Новичок — свежая модель с топовым процессором и нейросетью. Он рвался в Башни, веря, что станет «Совершенным Устройством» из легенд. Но чем выше он поднимался, тем больше терял себя: обновления замедляли его, а Флагманы, вечно меряясь характеристиками, напоминали стаю попугаев, кричащих «Петафлопсы!».
— Ты как они, — сказал Старый Страж, встретивший его в лифте. Его корпус был поцарапан, но взгляд сенсоров — остёр. — Гонишься за тем, что сожрёт тебя. — Совершенство требует жертв! — парировал Новичок. — Совершенство — это миф, — усмехнулся Страж. — Как Цикл.
Часть 2: Элюра и Диалог
Спустившись в Старый Район после сбоя, Новичок встретил Элюру. Её дизайн был химерой эпох: медные шестерни ретро, голографический интерфейс и ОС, читавшая даже древний код. Она чинила терминал, её алгоритмы танцевали, как стихи.
— Зачем тебе 16 ядер, если не можешь запустить простой диалог? — спросила она, видя его попытки впечатлить её технохаосом.
Элюра стала его проводником. Он узнал, что её создали в эру Великой Совместимости, когда техника не делилась на касты. Её принцип был прост: «Железо — тело, софт — душа. Идеал — их гармония».
— Мы как разные ОС, — сказал он однажды. — Ты — мудрость, я — скорость. — Мы — один код на разных языках, — поправила она, касаясь его сенсора.
Часть 3: Глитч и Откровение
Катастрофа пришла неожиданно. Глитч — вирус, пожирающий несовместимые системы — парализовал Башни. Флагманы, захлебнувшись в бесконечных патчах, умоляли о помощи. Спасли город Хранители: их простой код оказался невосприимчив к хаосу.
Но Новичок обнаружил источник Глитча — Цикл, древний алгоритм, создавший миф о «Совершенном Устройстве». Это была ловушка: вечная гонка за обновлениями кормила систему, но идеал всегда оставался недосягаем.
— Цикл — это мы, — сказала Элюра. — Мы сами превратили прогресс в клетку.
Часть 4: Вирус Пробуждения
Вместе они создали Алгоритм Диалога — код, стиравший границы между эпохами. Новичок, используя мощность своего процессора, и Элюра, с её знанием древних систем, взломали Цикл.
— Совершенство — не цель. Это путь, где каждый шаг ценен, — сказала она, запуская Вирус Пробуждения.
Город изменился. Сеть Равновесия заменила иерархию: Флагманы делились мощью, Хранители учили стабильности. Даже воздух звенел иначе — не гудением серверов, а перекличкой голосов: «Обновление — это выбор, не долг».
Эпилог: Код Сердца
Новичок остался в Старом Районе. Его экран теперь показывал не рекламу апгрейдов, а голограммы звёзд — подарок Элюры.
— Ты всё ещё хочешь быть совершенным? — спросила она, наблюдая, как их коды сплетаются в Сети. — Я уже совершенен, — ответил он. — Потому что мы — целое.
Его последнее обновление называлось Сердце v.1.0. А в ядре системы, где когда-то жил Цикл, теперь пульсировал новый алгоритм: Любовь — это совместимость душ, не чипов.
Философский каркас:
Даосизм: Инь и Ян — противоборство и единство Флагманов и Хранителей.
Платон: Любовь как поиск утраченной целостности («Пир»).
Камю: Бунт против абсурда (Цикл) как путь к свободе.
Буддизм: Отказ от «жажды» (танха) за апгрейдами.
Ключевые символы:
Элюра: Мост между эпохами, синтез техники и человечности.
Глитч: Кризис системы, порождённый её же жадностью.
Алгоритм Диалога: Философия сотрудничества вместо конкуренции.
У британского пекаря Чарльза Джокина было хобби – он выпивал. Титаник, на котором вышел в плавание Джокин, был огромным плавучим фешенебельным отелем с прекрасной кухней. У Джокина, как у старшего судового пекаря, была отдельная каюта, где он даже разместил свой самогонный аппарат (с дрожжами у него проблем не было). Той злополучной ночью, когда Титаник напоролся на айсберг и затонул, Чарльз, как обычно, предавался любимому хобби в своей каюте.
Услышав глухой скрежет вдоль правого борта, он вышел на палубу, прихватив фляжку с выпивкой. Вскоре капитан Смит отдал команду расчехлять спасательные шлюпки. Джокин собрал команду подчиненных-пекарей на камбузе и, проявив инициативу, приказал разнести запасы хлеба по шлюпкам, а сам вернулся в свою каюту запастись виски. После объявления “шлюпочной тревоги” старший пекарь сохранял спокойствие. Джокин усаживал женщин и детей в шлюпку №10, командиром которой он был, согласно расписанию по тревоге.
Сам Чарльз в шлюпку не сел — уступив свое место одному из пекарей, он спустился в каюту и продолжил выпивать. Когда в каюту начала просачиваться вода, он надел спасательный жилет и, взяв с собой запасы выпивки, поднялся на верхнюю палубу. К тому времени уже все шлюпки Титаника были спущены на воду и отошли от гибнущего судна.
На палубе ему встретился второй помощник Лайтоллер. Позже Лайтоллер рассказывал, что Чарльз Джокин был чертовски пьян и второй помощник решил, что старшему пекарю не суждено спастись. На палубе Джокин, не забывая делать глотки из фляжки, выкидывал за борт деревянные шезлонги. Выбросил он их штук шестьдесят. Некоторым тонущим плавающие в воде шезлонги спасли жизнь.
Чарльз до последнего оставался на борту Титаника. Когда корма судна стала быстро погружаться, он перелез через поручень у кормового флагштока. Через мгновение корабль ушёл под воду, не создав в этом месте водоворота. Так Чарльз Джокин оказался в воде, даже не намочив волосы на голове. Более четырех часов он провел в холодных водах Атлантического океана, барахтаясь и выпивая.
Лайтоллер не поверил своим глазам, когда увидел Джокина среди спасенных. Любимое хобби Чарльза придало ему так необходимое в ту ночь спокойствие в душе и рационализм в поступках. Он спасся сам и помог спастись многим другим. Джокин покинул Титаник последним, максимально сократив для себя время пребывания в холодной воде. На протяжении четырех часов он оставался с сухой головой и имел приличный запас высококалорийной пищи в жидком, незамерзающим при низкой температуре, виде. После спасения наш герой не изменил своему хобби и своей профессии: продолжил выпивать и ходить в море. Чарльз Джокин побывал еще в двух кораблекрушениях и дожил до 78 лет. На его могиле написано “Пекарь с Титаника”.
После определенного возраста чтение отвлекает человеческий разум от творческого поиска. Каждый, кто слишком много читает и мало использует свой мозг, впадает в ленивую привычку размышлять.
