Первоначальным источником всех напряжений является становление. Человек всегда пытается кем-то стать, никто не довольствуется тем, чем является. Существующее не признаётся, существующее отвергается, что-то другое принимается как идеал, которым нужно стать. Таким образом, основная напряжённость всегда существует между тем, кто вы есть, и тем, каким вы хотите стать.
Вы хотите кем-то стать. Напряжение указывает на то, что вы не довольны тем, каков вы есть, и вы стремитесь стать таким, каковым вы пока не являетесь. Напряжённость возникает между этими двумя. Ваша тяга к становлению является неуместной. Потому что, если вы хотите стать богатым, знаменитым, могущественным, или даже если вы хотите стать свободным, освободиться, стать божественным, бессмертным, даже если вы жаждете спасения, мокши, то напряженность будет возникать.
Все, что вы желаете как чего-то, что должно осуществиться в будущем, — против вас такого, как вы есть, и создает напряжённость. Чем более труднодостижимым является идеал, тем непременно сильнее будет напряжённость. Поэтому человек, являющийся материалистом, обычно не так напряжён, как человек религиозный, потому что религиозный человек стремится к невозможному, далекому. Расстояние до него настолько велико, что только очень большая напряжённость может заполнить разрыв.
Напряжённость означает разрыв между тем, кем вы являетесь, и тем, кем хотите быть. Если разрыв большой, то и напряжённость будет большой. Если разрыв маленький, то и напряжённость будет маленькой. И если разрыва вообще не будет, то это означает, что вы удовлетворены своим положением. Другими словами, вы не стремитесь быть каким-нибудь другим, иным, чем вы являетесь сейчас. Тогда ваш ум существует в данный момент. Нет причин для напряжённости, вы чувствуете себя легко с самим собой. По-моему мнению, если нет разрыва, то именно тогда вы религиозны.
Разрыв может иметь много уровней. Если стремление является физическим, то напряжённость будет физической. Когда вы стремитесь получить определённое тело, определённой формы, если вы желаете чего-либо другого, чем то, что вы есть на физическом уровне, тогда напряжённость будет в вашем физическом теле. Человек хочет быть красивым. Ваше тело становится напряжённым. Эта напряжённость возникает в вашем первом теле, физиологическом, но если она настойчивая и постоянная, то она может пойти вглубь и распространиться на другие уровни вашего существа.
Если вы стремитесь добиться сверхъестественных способностей, то напряжённость возникает на психическом уровне и распространяется дальше. Распространение сравнимо с падением камня в озеро. Он падает в определенном месте, но волнение, им созданное, распространяется до бесконечности. Таким образом, напряжённость может начаться в любом из ваших семи тел, но первоначальная причина всегда одна и та же: разрыв между состоянием нынешним и состоянием, к которому вы стремитесь.
Если у вас определенный склад ума и вы хотите его изменить, преобразить, если вы хотите быть умнее, сообразительнее, то опять возникает напряжённость. Только если мы полностью принимаем себя, тогда напряжённость отсутствует. Такое полное приятие является чудом, единственным чудом. Было бы весьма удивительно, если бы удалось найти человека, который полностью принимает себя.
В самой жизни напряжённости нет. Напряжённость всегда возникает из-за гипотетических, несуществующих возможностей. В настоящем напряжённости нет, напряжённость всегда ориентирована на будущее. Она возникает из воображения. Вы можете вообразить себя каким-то другим, а не таким, каковым вы являетесь. Возможность, которую вы себе представили, вызывает напряжённость. Поэтому чем у человека лучше развито воображение, тем больше вероятность возникновения напряжённости. В таком случае воображение становится деструктивным.
Воображение может также становиться конструктивным, творческим. Если ваша способность фантазировать, полностью сконцентрирована на настоящем, на данном моменте, вы начинаете воспринимать свою жизнь как поэзию. Ваше воображение не создает стремления, оно расходуется для жизни. Жизнь в настоящем — выше напряжённости.
Животные не испытывают напряжённости, деревья не испытывают напряжёенности, потому что у них нет способности фантазировать. Они ниже напряжённости, а не выше ее.
Воображение становится активным, прежде всего, из-за будущего. Вы создаете образы, и, поскольку они не соответствуют реальности, вы продолжаете создавать всё новые и новые образы. Но что касается настоящего, то в обыкновенных условиях вы не можете использовать воображение по отношению к нему. Как можно фантазировать в настоящем времени? В этом, как представляется, нет необходимости. Это положение должно быть понято.
Если вы сознательно живёте в настоящем, то вы не будете жить в вашем воображении. Тогда воображение будет вольно творить в пределах настоящего. Нужен только правильный фокус. Если воображение сфокусировано на подлинном, оно начинает творить. Творчество может принять любую форму. Если вы поэт, оно становится взрывом поэзии. Поэзия будет не стремлением к будущему, но выражением настоящего. Или если вы художник, то это будет взрыв живописи. Картина не будет чем-то таким, что вы себе представляете, но чем-то, что вы знаете и чем живете.
Когда вы не живёте в воображении, то вам дан настоящий момент. Вы можете выразить его или погрузиться в тишину.
Но молчание теперь уже не является практиковавшимся мертвым молчанием. Молчание также является выражением настоящего момента. Момент настолько глубок, что теперь его можно выразить только при помощи безмолвия. Даже поэзия не адекватна, живопись не адекватна. Выразить его невозможно. Безмолвие — единственное выражение. Безмолвие — это не что-то негативное, но, скорее, положительное цветение. Что-то распустило внутри вас цветок безмолвия, и при помощи этого безмолвия выражается все, чем вы живёте.
Нужно понять также и второй пункт. Это выражение настоящего посредством воображения является ни воображением будущего, ни противодействием прошлому. Это не выражение какого-либо известного переживания. Это переживание переживания, как вы ощущаете его, как оно у вас происходит. Не пережитое переживание, но живой процесс переживания.
И ещё — ваше переживание, и ощущение переживания не являются двумя явлениями. Они являются одним и тем же. И тогда уже нет художника. Ощущение переживания само стало картиной, само ощущение переживания выражает себя. Вы не творец. Вы — творчество, живительная энергия. Вы не поэт, вы — поэзия. Переживание это не для будущего и не для прошлого, оно не из будущего и не из прошлого. Момент сам стал вечностью, и всё проистекает из него. Это цветение…
Если вы можете почувствовать этот ненапряжённый момент в вашем теле, то вы познаете такой вид здоровья, какое не было известно вам прежде, положительное здоровье… Ваше тело может быть свободным от напряжённости, только если вы живёте от мгновения к мгновению. Если вы едите, и момент этот стал вечностью, тогда не существует прошлого и будущего. Существует только процесс еды. Вы не делаете что-то — вы стали действием. Напряжённости не будет, ваше тело чувствует удовлетворение. Или, если вы погружены в сексуальное общение и секс является не просто облегчением от сексуального напряжения, а скорее положительным выражением любви, и если момент этот стал всеобъемлющим, полным и вы в нём полностью, то вы познаете положительное здоровье в вашем теле.
Если вы бежите, и бег стал всей суммой вашего переживания, если вы являетесь ощущениями, которые к вам приходят, не что-то отдельное, но одно с ними, если нет будущего, у бега нет цели, бег сам является целью, то вы познаете положительное здоровье. Тогда ваше тело не испытывает напряжённости. На физиологическом уровне вы познали момент жизни без напряжения.
Напряжённость тела была создана теми, кто, во имя религии, проповедовал отношение, направленное против тела. На Западе христианство было настроено неприкрыто враждебно по отношению к телу. Фиктивное разделение, пропасть была создана между вами и вашим телом, и тогда ваша позиция становится источником напряжённости. Вы не можете есть без напряжённости, вы не можете спать без напряжённости, каждое действие тела становится напряжённостью. Тело является врагом, но вы не можете существовать без него. Вы должны оставаться с ним, вы должны жить со своим врагом, поэтому постоянно существует напряжённость, и вы никогда не можете расслабиться.
Тело не ваш враг, и оно никоим образом не безразлично и не враждебно по отношению к вам. Само существование тела является счастьем. И в тот момент, когда вы воспримете тело как дар, как божественный дар, вы возвратитесь обратно к телу. Вы полюбите его, вы ощутите его — едва заметны способы ощущать его.
Вы не можете чувствовать тело другого человека, если вы никогда не чувствовали своё собственное, вы не можете любить тело другого человека, если вы не любили своё собственное, это невозможно. Вы не можете заботиться о теле другого человека, если вы не заботились о своём собственном — и никто не заботится! Вы можете сказать, что вы заботитесь, но я настаиваю: никто не заботится. Даже если вы, по-видимому, заботитесь, то в действительности вы не заботитесь. Вы заботитесь по какой-то другой причине — из-за мнения других людей, из-за выражения чьих-то глаз, вы не заботитесь о теле для себя. Вы не любите своё тело, и если вы не любите его, то вы не можете быть в нём.
Полюбите свое тело, и вы почувствуете такое расслабление, которое вы никогда прежде не чувствовали. Любовь расслабляет. Где любовь, там и расслабление. Если вы кого-нибудь любите, если между вами и ним или вами и ней существует любовь, то тогда вместе с любовью приходит музыка расслабления. Тогда приходит расслабление.
Когда вы расслабляетесь с кем-то, то это единственный признак любви. Если вы не можете с кем-то расслабиться, то вы не любите — другой, враг, всегда там. Вот почему Сартр сказал: «Другой — это ад». Там для Сартра ад, и не может быть иначе. Когда любовь не струится между обоими, то другой — это ад, но если любовь струится между обоими, то другой является небесами. И поэтому, является ли второй небесами или адом, зависит от того, струится ли между ними любовь.
Когда вы любите, то наступает тишина. Язык теряется, слова становятся бессмысленными. Вам нужно так много сказать, ничего не говоря одновременно. Тишина окутает вас, и в этой тишине цветёт любовь. Вы спокойны. В любви нет будущего, нет прошлого; только когда любовь умирает, существует прошлое. Вы только помните мёртвую любовь, о живой любви никогда не помнят, вы ею живете, не существует разрыва, чтобы помнить о ней. Любовь в настоящем, нет ни будущего, ни прошлого. Если вы кого-нибудь любите, то вам не нужно притворяться. Вы можете быть самим собой. Вы можете отложить маску и расслабиться. Когда вы не любите, то вам нужно носить маску. Вы напряжены, потому что ежесекундно там другой, вам нужно притворяться, вам нужно быть начеку. Вам нужно быть или агрессивным, или занять оборонительную позицию: это сражение, битва — вы не можете расслабиться.
Блаженство любви более или менее является блаженством расслабления. Вы чувствуете себя расслабленным, вы можете быть самим собой, вы можете быть обнажённым — в смысле таким, как вы есть. Вам не нужно беспокоиться о себе, вам не нужно притворяться. Вы можете быть открытым, уязвимым, и в этой открытости вы расслабляетесь.
То же явление возникает, если вы любите своё тело, вы становитесь расслабленным, вы заботитесь о нём. Это не неправильно. Любить свое тело — это не нарциссизм. На самом деле это первый шаг к духовности.
ОШО. «От медицины к медитации»
