УПРАВЛЯЕМАЯ РЕАЛЬНОСТЬ | главный инструмент — наше состояние!
Мы видим вокруг отдельные предметы. А мозг видит в них команды для тела и сценарии будущего. Мозг — природный компьютер, который умеет «волшебничать»: предсказывать и создавать события. Хорошая новость: в этой магии мы можем участвовать и влиять на результат.
Как включиться?
Нужна синхронность внешнего и внутреннего. Нашим действиям важно не противоречить командам мозга. Наше внутреннее состояние действительно звучит в унисон со всем тем, что нас окружает, важно слышать Себя.
Главный инструмент для этого — наши состояния. Большинство из них нам подвластны, и их несложно распознать (психологам виват!) 😜.
Путь от информации к материи
В основе всего лежит информация. Это первичный строительный материал Вселенной. Мир состоит из информационных слоёв, которые превращаются в материю разной плотности, форму и движение.
Если понять этот путь от информации до конкретной вещи или события, можно вывести алгоритм. А зная алгоритм — получать данные о прошлом или будущем и находить способы их узнать.
Почему техника «слышит» реальность?
Электрические приборы чувствительны к информации о материальном мире. Всё потому, что электромагнитное поле влияет на движение электронов, а на само поле действует «мир информации». Поэтому в определённых условиях генератор случайных чисел может довольно точно описывать реальность.
Это похоже на старинные гадания на картах или книге, открытой наугад. Играйте! 🔮 Подробнее….
Кнопки ниже — кликабельны. По нажатию — появляется соответствующее всплывающее окно. Его содержимое различается на каждой страничке и при обновлении текущей… Играйте! 🙂
Очень просто сказать, что каковы поступки, таковы и результаты, потому что каждый знает, что это так, все дело в том, что не каждый следует сказанному. Причина в том, что знание закона не обязывает человека соблюдать его. Кроме того, природа жизни настолько опьяняющая, что поглощенный деятельностью повседневной жизни, человек почти забывает этот закон. Естественно, что самое простое, и самое сложное, это практическое применение; по той самой причине, что это очень просто, человеку не удается задуматься над этим всерьез. Нет нужды далеко ходить за примером, чтобы доказать теорию, что результаты поступка аналогичны самому поступку. В собственной своей жизни, в жизни других людей человек встречает бесчисленные примеры, ведь это как эхо: то, что делает человек, имеет эхо, это эхо и есть результат.
Заратустра сказал, что действия могут подразделяться на три вида: поступок, речь и мысль. Человек может ничего плохого не делать, но говорить неправильно, человек может не говорить неправильно, но думать неправильно, вред будет нанесен всё равно. Сколь многие извиняют себя: “Я сказал, но я этого не сделал”, — человек может повторять себе, как оправдание: “Я не говорил этого, я лишь подумал”.
Согласно идее мистиков, мир, в котором мы строим свою жизнь, называется акаша, и акаша значит ёмкость. Они изображают её как купол: всё, что говорится в ней отзывается эхом. Поэтому никто не может сделать, сказать или подумать что-то даже на одно мгновенье, чтобы не стало существовать. Всё это записывается, и такая запись творческая. Не только то, что человек делает, говорит и думает, записывается в память или в сферу, но эта запись создает каждую линию в каждый момент. Каждая буква записи становится семенем или зародышем, порождающим подобный эффект.
Однажды я слышал, как один скульптор сказал, — и он сказал верно — что каждый человек — скульптор своего собственного образа. Я бы добавил: “И не только это, каждый человек — творец своих собственных обстоятельств — благоприятных и неблагоприятных”. Трудность в том, что человеку никогда не достает терпения дождаться результата, потому что результат требует некоторого времени, а прежде, чем он наступит, человек наблюдает противоположные явления. Например, человек, который только что ограбил другого и идёт домой, встречается с удачей: он находит кошелек, полный золотых монет, тогда он, естественно, думает: “Хороший результат после хорошей работы! Теперь, когда всё идет хорошо, я должен так и продолжать. Те же, кто говорят обратное, простаки. Всё это прибыль, готовые деньги. У меня есть опыт”. Жизнь настолько опьяняющая, что не дает человеку времени подумать, что результат, возможно, ещё впереди, тогда как счастливая находка была результатом чего-то другого. Вот какое изречение всегда окажется верным: настоящее есть отражение прошлого, а будущее будет эхом настоящего.
При рассмотрении Закона действия мы увидим, что его можно подразделить на пять разных аспектов. Один аспект — это закон сообщества. Закон, подходящий одному сообществу, может не подойти другому, поскольку зависит от особенностей развития именно этого сообщества. Этот закон создается для удобства членов этого сообщества.
Другой аспект закона можно назвать законом государства, законом, которым разные классы людей и разные сообщества управляются как одно целое. Несомненно как ограничен ум человека, так же ограничены и аспекты этого закона. Естественно поэтому, что многие законы отвергаются и начинают применяться многие новые законы. И по прошествии времени люди видят, что члены сообщества или государства всегда стремятся к изменению закона. Это всегда было и всегда будет так.
Третий аспект закона – это закон церкви, закон, который может происходить из традиции, и люди принимают его не только потому, что это закон, управляющий ими, но потому, что это закон, относящийся к их вере, которая для них священна. Именно этот закон формирует сознание человека более, чем какой-либо другой аспект закона.
Но есть еще один аспект закона, который время от времени дают пророки. Что это за закон? Этот закон приходит как интерпретация скрытого закона, который доступен видению пророка. Но закон, данный пророком относится к тому периоду, в который пришел пророк; он предназначен для людей того периода и той конкретной степени развития. Изучив религии, данные разными пророками разным народам в разные периоды мировой истории, мы увидим, что истина в них одна и та же. Если учения и различаются, то лишь законами, которые дали пророки. Люди всегда напрасно спорили по поводу этого различия в законах, которые давали учителя их народам, не зная, что закон относится к народу, которому он дан и ко времени, когда он дан.
Эти четыре закона, упомянутые мной: закон сообщества, государства, церкви и пророков, – имеют свои ограничения. Но есть один закон, который ведет человека к неограниченному, и этому закону нельзя научить, его нельзя объяснить. В то же время, именно этот закон укоренен в человеческой природе, нет такого человека, каким бы несправедливым и злым он ни казался, у которого не было бы этого качества своего сокровенного существа. Его можно назвать способностью отличать правое от неправого, умение знать, что верно, а что неверно.
Теперь обратимся к вопросу: чем руководствоваться, когда мы что-то называем правильным, а что-то неправильным? Четырьмя аспектами: мотивом, стоящим за действием, результатом действия, временем и местом. Неправильное действие с правильным мотивом может быть правильным, а правильное действие с неправильным мотивом может быть неправильным. Мы всегда готовы судить действие, мы редко думаем о мотиве. Вот почему мы так часто осуждаем человека за его неправый поступок и с готовностью оправдываем за неправые поступки себя, потому что нам лучше всех известны наши собственные мотивы. Мы могли бы, пожалуй, простить кому-то так же, как мы прощаем себе, если бы попытались узнать мотивы, стоящие за его поступками. Мысль, слово, действие в неверном месте обращает в неправильное все правильное. Мысль, слово или действие в неверное время могут быть неправильными, даже если они кажутся правильными. Проанализировав глубже это утверждение, мы сможем сказать так же, как сказал один индусский поэт: “Нет смысла сердится по поводу неправильного поступка другого человека. Нам нужно удовольствоваться тем, что мы не смогли бы сделать лучше”.
Есть еще одна сторона этого вопроса. Все кажется нам таким, каким мы его видим. Неправому человеку все кажется неправильным, правому человеку все кажется правильным, потому что правый человек неправильное превращает в правильное, а неправый человек правильное превращает в неправильное. Грех праведного — добродетель, и добродетель грешника — грех. Все сильно зависят от нашего толкования, поскольку ни на одном действии, ни на одном слове, ни на одной мысли не лежит печать, которая решает, правильные они или неправильные.
Есть еще одна сторона этого вопроса: насколько важную роль в различении добра и зла играет наша приязнь или неприязнь? В человеке, которого мы любим и кем восхищаемся, мы желаем видеть все неправильное в правильном свете. Наш разум с готовностью приходит на помощь любимому; он всегда подскажет аргумент в пользу правильного и оправдает то, что неправильно. А с какой готовностью мы замечаем у того человека, которого мы не любим, его ошибки и просчеты! С нашей точки зрения он легко совершает неправедные поступки, потому что мы с легкостью видим их, но подметить недостаток в ком-то, кого мы любим, нам очень трудно, даже если мы этого захотим. Вот почему, когда мы читаем в жизнеописании Христа, что он прощал тех, кто обвинялся в тяжких ошибках, великих грехах, мы понимаем, что, естественно, тот, кто любил человечество, не мог видеть недостатков; единственное, что он мог видеть, было всепрощение. Мы видим, как глупый, недалекий человек готов видеть неправильное в каждом, готов создать свое мнение, готов судить. Мудрый человек не спешит выразить свое мнение о других, всегда старается отнестись с терпимостью, старается больше прощать.
Суфии Персии подразделяют эволюцию личности на пять ступеней. К первой категории относится человек, который в своей жизни заблуждается на каждом шагу и бранит других людей каждую минуту. Это образ человека, который вот-вот упадет, или который споткнулся и, падая, хватается за кого попало. Это не редкий случай; его легко найти, если мы займемся изучением психологии человека. Очень часто бывает, что тот человек, который винит других, обладает большинством тех же самых недостатков. Правый человек, прежде всего, находит недостатки в себе, а неправый найдет их у себя в последнюю очередь – после того, как обвинит весь мир, он найдет, что виноват сам. Все тогда неправильно, весь мир не прав.
Следующая ступень развития личности — это человек, который начинает видеть неправильное в себе и правильное в других. Естественно, в своей жизни он имеет возможность исправиться, потому что у него в распоряжении все свое время, чтобы найти собственные недостатки. У того, кто все время винит других, времени на то, чтобы найти собственные ошибки, нет. Кроме того, человек не может быть справедливым и способность к справедливости не пробудиться, если только он не будет воспитывать в себе справедливость через самокритику.
Третий тип человека — это тот, кто рассуждает так: “Какая разница, ты виноват или я? Важно исправить неправильное на правильное”. Он естественным образом развивает себя и помогает развиваться своему собрату.
А потом есть еще четвертый тип, который не видит того, что называют добром без возможности ему же быть злом, и не видит того, что называют злом без возможности обращения этого зла в добро. Самый лучший человек в мире не может скрыть свои недостатки от такого человека, самый худший человек в мире выкажет перед ним свои достоинства.
Но когда человек поднимается до пятой категории личности, тогда эти противоположные слова: правый или неправый, добро или зло — кажутся двумя концами одной линии. Именно в такое время такой человек не многое может сказать об этом, потому что люди не поверят ему. Он — тот единственный, кто может судить праведно, и он же последний, кто станет судить.
Есть три разных пути, которые приемлет человек для прогресса к человеческому совершенству. Человека, который не достаточно развит для того, чтобы принять третий или второй путь, не следует заставлять принимать их. Если заставить его, это будет, все равно, что научить его манерам вести себя в определенное время, потому что эти три пути подобны трем ступеням к человеческому совершенству.
Первая степень — это закон взаимности. На этой ступени человек научается значению справедливости. Закон взаимности состоит в том, чтобы давать и брать симпатию и все, что может дать и взять симпатия. В соответствии с этим законом создается религия, все законы государства и сообщества. Идея этого закона: вы не можете отобрать у меня больше, чем можете мне дать, и я не могу дать вам больше, чем могу у вас взять. Это справедливое дело: вы любите меня, и я люблю вас, вы ненавидите меня, и я могу ненавидеть вас. Если человек не научился этой справедливой мере даяния и приятия, он не воспитал в себе справедливость. Он может быть невинен, он может быть любящим, но у него нет здравого смысла, он не практичен.
Опасность этого закона состоит в том, что человек может преувеличивать ценность того, что он делает и преуменьшать ценность того, что делает другой. Но тот, кто дает больше, чем берет, прогрессирует и переходит на следующую ступень. Нам легко говорить, что закон взаимности очень жесткий и быстрый закон. Но, в то же самое время, самое трудное жить в этом мире и выйти из этого закона. Можно спросить у практичного человека, у человека здравого смысла, как можно жить в этом мире и игнорировать этот закон даяния и приятия. Если бы люди мира всего лишь надлежащим образом соблюдали этот закон, меньше было бы в этом мире неприятностей. Бессмысленно ожидать, что люди станут святыми или мудрецами или великими. Если бы они стали всего лишь справедливыми, это уже было бы достижение!
Теперь перейдем к следующей ступени. Это закон милосердия. Этот закон означает, что человек не озабочен тем, что он получает от другого в ответ на то, что он делает для него соответственно своей любви и симпатии. Его заботит только то, что он может сделать для другого. Не имеет значения, если благодеяние не оценено по достоинству; даже если оно просто игнорируется, и тогда человек, проявляющий милосердие, получает удовлетворение от того, что он сделал, а не от того, что выразил ему получивший. Когда у человека рождается такое чувство, с того для он по настоящему начинает жить в мире, поскольку это удовольствие не зависит от того, что он получает от других людей, его удовольствие зависит от того, что он делает для других, а потому его счастье не зависит ни от кого, оно независимо. Он становится творцом своего счастья. Его счастье — в делании, а не в том, чтобы брать.
Что я имею в виду, говоря о даянии? Ежедневно мы даём и берем каждое мгновение. Каждое слово, которое мы произносим, каждый поступок, который мы совершаем, каждая мысль и чувство, которые у нас возникают по отношению к другому человеку – все это и есть даяние, все это и есть приятие. И только тот, кто забудет о своих печалях, своем несчастье, возвысится над страданиями и несчастьями этого мира.
Шаг следующий — это еще один закон, третий закон. Это закон самоотречения. Для того, кто соблюдает этот закон, даяние ничего не значит, ибо он даже не осознает того, что дает, он отдает автоматически. Он не думает: “Я даю”, — он думает: “Это даётся”. Это человек, которого можно представить как ходящего по воде, потому что этот человек поднялся абсолютно над всеми разочарованиями, неприятностями и страданиями этой жизни, которым несть числа. Кроме того, самоотречение означает независимость и безразличие. Безразличие ко всему, и все же, не отсутствие симпатии; независимость по отношению ко всему, и все же не независимость в примитивном смысле этого слова.
Поэтому самоотречение можно назвать окончательной победой. Один из миллионов может при жизни подняться до этого идеала, а тот, кто поднялся до этого идеала — этот тот, кого можно назвать возвышенным и освобожденным.
Каждая форма обладает тенью: у звука есть отзвук, у света — отсвет. И так же все, что мы видим, слышим или ощущаем, создает в нас целый ряд отпечатков. Однако, чтобы ощутить в звучании призвуки, отзвуки требуется музыкантское ухо. Как необходим глаз художника, чтобы узнать форму по ее тени, как нужен острый взгляд для различения степени преломления света, так, чтобы видеть насквозь все, что ни есть в жизни, требуется душа видящего. В сердце каждой души есть видящий глаз, однако установка большинства людей удерживает этот их взгляд опущенным к земле, вместо того, чтобы дать ему подняться кверху. Обычно люди имеют тенденцию видеть поверхность вещей. Неверно, что средний человек не может видеть дальше. Просто он не думает, что есть что-то дальше и не дает себе труда увидеть то, что там есть. Многие обладают достаточными умственными способностями, чтобы воспринимать все, что скрыто позади явлений, но первейшим фактором, ограничивающим их видение, является узкий кругозор их интересов. Они недостаточно заинтересованы в вещах, о которых не знают и в которые не верят, чтобы беспокоиться о них. Они были бы рады обладать интуицией, если бы это было легко достижимо. Мыслить способны многие, но они не желают взять на себя заботу думать.
Для того чтобы воспринимать, необходимы две вещи: первая — открытость, другая — усилие, совершаемое в данном направлении. Когда человек созерцает что бы то ни было, его ум должен быть свободен от всего, что может этому мешать; это и есть открытость. Необходимо также добиться с помощью концентрации ума способности фокусировать его на определенном предмете. Следующее, что важно, это испытывать достаточный интерес к тому, с чем мы приходим в соприкосновение и о чем имеем желание узнать, такой, чтобы быть способным проникнуть под поверхность и обнаружить, что скрывается за ней.
Раскрытие той ясности видения, которая дается внутренним зрением, является самой важной вещью в жизни человека. Любая эмоция заслоняет внутреннее зрение, подобно облакам, скрывающим солнце. Именно поэтому умнейшие и опытнейшие люди в момент страсти совершают поступки, которые они никогда бы не совершили при иных обстоятельствах. Ум теряет свойственный ему ритм под воздействием эмоций; это расстраивает ритм тела, сбивая человека с толку и делая его неспособным ясно видеть обстоятельства.
Вот, почему мудрецы стараются сохранять спокойствие любой ценой. Ежедневно и ежечасно мирская жизнь несет обстоятельства, нарушающие этот покой, составляющий тайну внутреннего видения. Малейший звук или беспокойство, внутреннее или внешнее, могут расстроить состояние человека, всем своим существом старающегося сохранять соответствующий цели ритм. Вот, почему мудрецы избирали уединение вдали от мира. Но лучшим способом сохранения покоя является удерживание контроля воли над своим ритмом. С его помощью можно оградить свой покой среди величайших жизненных треволнений. Человек по природе стремится к миру и только в нем одном обретает удовлетворение; но часто он ищет его на ложном пути, и тогда, вместо того, чтобы производить мир, он вносит в жизнь еще больше борьбы. Секрет мира заключается в силе воли. Вместо сопротивления силам, которые создают дисгармонию и разрушают его жизнь, человек просто встает твердо лицом к ним. И тогда он может достичь того покоя, который наиболее необходим для обретения глубокого внутреннего прозрения в суть жизни.
Человек сделан из атомов, собранных вокруг способности мыслить — из физических и умственных атомов, образующих его тело и ум. Сила, которая объединила их, которая контролирует их и использует наилучшим образом, есть сила воли. Когда эта сила отсутствует, и тело, и ум распадаются на части под влиянием любого разрушающего покой действия, возникающего откуда угодно. В этом состоит скрытая причина любых болезней и слабостей. Каждая жизненная ошибка, неудача или разочарование имеют эту же, скрытую позади них причину — недостаток контроля, недостаток устойчивости и силы противостоять враждебным влияниям, приходящим изнутри и извне.
В терминах веданты жизнь может быть уподоблена морю, где непрерывно вздымаются и ниспадают волны. Величайший урок, который человек постигает, урок, более всего помогающий ему в сохранении дающего внутреннее видение покоя, состоит в том, чтобы стать способным по своей воле уподобляться отливу и приливу: когда необходим отлив — стать им; когда — прилив — быть таким, как он; когда нужно — выражать; когда нужно — воспринимать…
Внутреннее зрение можно уподобить смотрению в увеличительное стекло. На далекое расстояние глазу открывается широкий кругозор; если же вы находитесь близко от предмета, ваш кругозор сужен. Однако при таком узком кругозоре вещи видны более отчетливо: вы можете рассмотреть их детали; когда же ваш кругозор широк, вы не видите детали вещей, зато тогда схватываете их общий вид. Этот же закон можно отнести и внутреннему видению: когда мы смотрим на отдельного человека, мы схватываем впечатление от его индивидуального характера; когда же мы глядим на некое собрание, то получаем общее ощущение всей совокупности его настроений.
Сердце — увеличительное стекло души, а глаза — сердца. И, подобно тому, как, когда мы смотрим через очки, видят глаза, а не очки, так и, когда вы смотрите посредством глаз и сердца, видит душа. Глаза не имеют силы видеть, у них есть лишь сила помогать видеть душе. В моменты, когда душа отсутствует, глаза не видят. Но и сердце — это всего лишь линза, помогающая воспринимать и чувствовать то, что мы видим. Само по себе сердце не видит: видит душа.
Говорят, что существует такая вещь как третий глаз, который, собственно, и обладает способностью видеть. Да, это так. Иногда этот третий глаз видит через наши два глаза, и тогда наши обычные глаза видят вещи более отчетливо. С помощью третьего глаза наши глаза могут проникать сквозь стену физического существования, видеть, что творится в умах людей, что стоит за их словами, и еще многое. Когда человек начинает видеть, первое, что происходит — оказывается, что все видимое его глазам имеет более глубокое значение, большую значительность, нежели ему виделось прежде. Каждое движение, каждый жест, каждая форма, черта, голос, слова, выражения, атмосфера — все становится выразительным и свидетельствующим о природе и характере личности. Не зная этой тайны, многие стремятся изучать физиогномику или френологию, графологию и хиромантию. Но в сравнении с ясновидением, все эти науки ограничены. Они имеют смысл, однако, в сравнении с данным человеку внутренним видением, они выглядят не слишком значительными. Кроме того, «чтению» характера не учатся: его открывают в себе. Это — чувство, пробуждающееся внезапно. Нет нужды обучаться ему — человек уже знает это.
Таков один род внутреннего видения, но существует и другой — видение сути событий. Будь то бизнес, любые иные профессии, жизненные обстоятельства или положение в обществе — если внутреннее видение прочищено, вы схватываете суть ситуации. Ибо что делает жизнь трудной, так это недостаток знания. Вы можете встретиться с небольшой проблемой, но если вы не знаете, что это такое, она может стать для вас наитяжелейшей, наихудшей из всех проблем, потому что вы не понимаете, в чем дело. Вы можете анализировать проблему, продумывать ее без конца, но без внутреннего видения она так и останется для вас головоломкой. Именно его развитие и дает возможность ясно видеть суть событий, обстоятельств и жизненных проблем.
Способность видеть нуждается в направлении. К примеру, чтобы взглянуть вправо или влево, вперед или назад, необходимо придать глазам соответствующее направление. Придание направления есть работа воли. За двадцать четыре часа дня и ночи человек лишь пять, или, может быть, пятнадцать минут видит то, на что указывает его воля; в остальное время он видит автоматически. Другими словами, раз ваши глаза открыты, ваше сердце подвергается воздействию всего, что вы можете увидеть, и вы, сами того не зная, хватаетесь за различные вещи, привлекшие ваши глаза и ум. Все, что вы видите в течение дня и ночи, не есть то, что вы хотели бы видеть, но то, что вынуждает вас видеть окружающая вас жизнь. Вот почему мыслители и мудрецы Востока в древности накидывали покрывало на голову: чтобы не видеть никого и ничего и быть в состоянии контролировать свой взгляд. Суфии прошлого держали голову покрытой по много лет, и через это развивали такие силы, что могли взглядом пронизать скалы и горы. И достигалось это только лишь контролем над взглядом. Йоги во все века работали не только над своим умом, но и над своими глазами, добиваясь такой стабильности взгляда, чтобы можно было направлять его на все, что бы они ни желали испытать или внутрь чего проникнуть.
Не так давно в Хайдарабаде жил один мюрид, склонный к интеллектуальным занятиям и любивший поговорить. Его учитель был заинтересован его интеллектуальными изысканиями и поощрял его говорить, хотя обычно на Востоке учение в присутствии учителя хранит молчание. Но как-то раз учитель был в состоянии духовного восхищения, а ученик, как обычно, хотел спорить и дискутировать, что в тот момент было неприемлемо для учителя. И тот произнес по-персидски: «Хамуш», — что означает молчание. И ученик замолчал. Он пошел домой, но и там оставался безмолвным. И с тех пор никто не слышал его голоса ни в доме, ни вне его. Никогда и нигде он не произнес больше ни слова. Годы проходили, но человек хранил молчание, и настало время, когда его безмолвие заговорило громко. Его безмолвные мысли проявлялись, его безмолвные желания исполнялись, его безмолвный взгляд мог исцелять и воодушевлять. Его безмолвие стало живым. Произносимые им вслух прежде слова — именно они и лишали его жизни все это время. Как только его губы сомкнулись, безмолвие ожило в нем. Его присутствие стало живым. Жители Хайдарабада называли его Шейх Хамуш — властелин безмолвия, или безмолвный владыка.
Говоря это, я имею в виду, что глазами обладают все, однако, чтобы заставить их жить, требуется длительное время. Ибо глаза видят так далеко, как могут, и не дальше, и только сердце, связанное с глазами, способно заглянуть дальше. Если же через них смотрит душа, она способна видеть еще дальше.
Совершенно иной вопрос, как добиться сфокусированности взгляда. Если вы желаете увидеть луну, вам надо смотреть на небо, а не на землю? Если же вы хотите видеть небо, вы должны изменить направление взгляда. В наши дни на Западе, где число учеников, рьяно ищущих истину, велико, многие из них совершают одну и ту же ошибку: имея целью то, что можно увидеть лишь внутри, они желают искать его вовне. Тем не менее, это естественная наклонность: человек ищет вовне все, в чем бы у него ни была нужда, и, естественно, там же он ищет и достигаемого внутри.
Как же можно смотреть внутрь и что мы увидим там? Во-первых, «внутрь» означает не только то, что внутри, но и то, что вовне тела. Это можно понять в сравнении со светом лампы: свет находится внутри шара, но и снаружи тоже. Так и душа пребывает и внутри, и вовне. И таков же ум: он не ограничен внутренним пространством тела. Иными словами, сердце больше, чем тело, а душа еще больше. И в то же время, душа согласована с сердцем, а сердце — с телом. Это величайший из феноменов, однако, его едва ли можно объяснить словами. Существуют интуитивные центры, и для того, чтобы заглянуть в эти центры, необходимо повернуть глаза назад, внутрь. Тогда те же самые глаза, что умеют смотреть вовне, оказываются способными глядеть внутрь.
Когда человек овладевают этим способом видеть, страдание, удовольствие, радость, печаль каждого, кто ему встречается, проявляются в его собственном сердце. Он действительно видит их. Он видит их даже более ясно, чем если бы он видел глазами. Таков язык сердца. Глазам он не известен.
Кроме того, если сердце человека ожило, его опыту становится доступен иной мир. Ибо то, что обычно испытывает человек в своей повседневной жизни, есть всего лишь доступное восприятию органов чувств — и ничего более. Но когда он начинает испытывать тонкие ощущения сердца, он начинает жить в ином мире, хотя и продолжает ходить по той же земле и оставаться под тем же солнцем. Поэтому не удивляйтесь, если встретите существа, живущие в другом мире, в то время как они ходят по нашей земле. Это столь же естественно, как то, что существует нечто, чему место в сердце человека, а не только на земле. Люди Востока называют такие существа сахиб-идиль, что означает: правящий ум.
Если же человек проникает еще глубже во внутреннее пространство, он обретает жизнь в душе, и для него становятся естественными вдохновение, интуиция, видение, откровение. Душа начинает сознавать тогда свое владение. Это то царство, о котором в Библии сказано: «Взыщите прежде Царства Божия». Тогда сама душа начинает видеть. И человек обретает возможность заглянуть еще дальше. Что позволяет ему достичь данной ступени — это путь медитации под руководством истинного учителя.
Первое, что необходимо сделать на данном пути — необходимо обрести контроль над взглядом. Следующее: научиться контролировать чувства. И третье: достичь контроля над сознанием. Если эти три качества достигнуты, человек начинает смотреть во внутреннее пространство. Смотрение во внутреннее пространство чрезвычайно помогает ему смотреть вовне. Рассматривающий внутреннее пространство обнаруживает, что все, что внутри, проявляет себя вовне. Тогда та сила, что «заряжает» сердце и глаза, также начинает проявлять себя вовне. Его ВЗГЛЯД становится проницательным, а его воздействие — целительным, умиротворяющим, возвышающим и животворящим.
Единственный творец ваших страданий — ваши собственные деяния; поэтому следите за тем, как вы поступаете.
Приучите себя быть всегда спокойными и разумными. Если вы будете спокойны и разумны, то сумеете реагировать правильно, а не отвечать действиями, отягощёнными эмоциями.
Насилие и ненависть не могут принести счастья, даже победившему в сражении.
Ваши действия, вдохновляемые гневом, свидетельствуют о том, что вы утратили самообладание и более не способны ясно мыслить и видеть. Это весьма опасный путь.
Посмотрев на создавшееся положение с точки зрения оппонента, вы яснее увидите путь к подлинному решению проблемы.
Для необузданного ума нет мудрости и сосредоточенности; без мудрости и сосредоточенности нет спокойствия; а разве может быть счастье для беспокойного?
Не разыгрывайте проявлений чувств, если у вас отсутствуют подлинные чувства. Не позволяйте враждебным помыслам побуждать вас к действию. Необузданное проявление враждебности с вашей стороны лишь породит ответную вражду. Конфликт такого типа — наихудший из возможных, и все истинные буддисты стремятся избежать его.
Обуздайте себя, и вы станете совершеннее; познайте себя, и вы достигните освобождения.
Любовь и сострадание — вот главное в вашей жизни; имея их, в конечном счете, вы обретете все.
Если вы воспитали ум со всей искренностью, вы достигните успеха и пребудете в спокойствии.
Не ищите покоя вовне; ищите его внутри.
Если вы постигли искусство медитации, оно проявится во всяком вашем действии; тогда все действия ваших тела, речи и ума будут совершенны.
Духовные упражнения не следует прекращать до тех пор, пока навыки медитации не войдут в привычку и не станут вашей второй натурой. Только тогда вы сможете пресекать аффекты в момент их возникновения.
Если вы будете искать себя, то не сможете найти. Это, однако, не означает, что вы вообще не существуете; но это значит, что вы не существуете в том виде, как вы себе это представляете.
Не забывайте ни одного из этих наставлений; они ценнее золота.
