мем по случаю :) | №2903 | SEEGURD.COM

Контент ниже cформировался в данный момент именно для Вас и изменяется, во многом отражая запрос и текущее состояние. Аналогичным образом работают и 👉🏻 красные кнопки 👈🏻 на каждой странице… 😉

📝 | №782

3

Жизнь, как выходной: если ты ничего не спланировал, время пролетело, но ты так толком ничего и не сделал, и так толком и не отдохнул.
Радислав Гандапас

📝 | №544

7

Излюбленным афоризмом Джобса было изречение «Дорога является наградой».

🎧 | ★★★★★ | 69

3

«Кто ты на самом деле», Муджи — аудиокнига. Ясно, просто, глубоко, легко! Прикоснуться и пребывать в верном…

mistyrose | 🎶

12

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6

по ссылке с номером наиболее откликнувшегося цвета —
гармонизация и релакс в моменте 🌱

и — улыбнуться | 😆 +улыбнуться 18+ | 😜
ПЕРЕЙТИ: «СЛУЧАЙНАЯ СТАТЬЯ | 🛎️»

УПРАВЛЯЕМАЯ РЕАЛЬНОСТЬ | главный инструмент — наше состояние!

Мы видим вокруг отдельные предметы. А мозг видит в них команды для тела и сценарии будущего. Мозг — природный компьютер, который умеет «волшебничать»: предсказывать и создавать события. Хорошая новость: в этой магии мы можем участвовать и влиять на результат.

Как включиться?

Нужна синхронность внешнего и внутреннего. Нашим действиям важно не противоречить командам мозга. Наше внутреннее состояние действительно звучит в унисон со всем тем, что нас окружает, важно слышать Себя.

Главный инструмент для этого — наши состояния. Большинство из них нам подвластны, и их несложно распознать (психологам виват!) 😜.

Путь от информации к материи

В основе всего лежит информация. Это первичный строительный материал Вселенной. Мир состоит из информационных слоёв, которые превращаются в материю разной плотности, форму и движение.

Если понять этот путь от информации до конкретной вещи или события, можно вывести алгоритм. А зная алгоритм — получать данные о прошлом или будущем и находить способы их узнать.

Почему техника «слышит» реальность?

Электрические приборы чувствительны к информации о материальном мире. Всё потому, что электромагнитное поле влияет на движение электронов, а на само поле действует «мир информации». Поэтому в определённых условиях генератор случайных чисел может довольно точно описывать реальность.

Это похоже на старинные гадания на картах или книге, открытой наугад. Играйте! 🔮 Подробнее….

📝 | №1335

15

Водолей

Таки тот ещё шлимазл, но нравится людям за необыкновенный цимес за этим йолдом наблюдать. Как тот Паниковский из Ильфа и Петрова, рвет подметки на ходу, Ося Бендер бы одобрил. Хотите забыть за спокойную жизнь? Выходите за Водолея, он мастер таскать домой что ни попадя: может, гуся принесет, может шиксу из соседнего подъезда. Главное, что это всё в виде эксперимента и с пользой для научного исследования. По крайней мере, Водолей именно так и говорит!

Рыбы

Если вы думаете, что Рыбы безобидные мечтательные идиёты, шоб да так нет. Этих легких на голову сказочников невозможно усмирить, даже если они будут крутить пейсы прямо у вас под носом. И дергать Рыбу с её выдуманного мира не только бесполезно, но таки и негуманно. Короче они не от мира сего!

Овен

Видели мы этого барана! Он не понимает слов! И если сказал, что на улице ночь, то не отступит, даже если будет так светло, как в морге. С ним дружат Рыбы, потому что в их мире, где они какают радугой, нужен один упертый баран, чтобы не совсем потерять кисельные берега.

Телец

Тю, вот тот добрый малый. Если вы не трогали его Маму, конечно. И семью. И семью друзей. И его старые вещи. Он же прямо мастер компромисса. Если его жена хочет в горы, а он на моря, то он тут же делает компромисс — они таки едут на море, но жене можно взять с собой лыжи.

Близнецы

С Близнецами сложно иметь дело: такие двуличные, что сразу и не поймёшь по какой морде бить? Трындят так, что уши сворачиваются в трубочку. Знаете, что для Близнецов одиночество? Это когда телефон не звонит уже 15 минут.

Рак

Если я за кого-то плохо имел сказать, то забудьте. Это ж надо быть таким мнительным, что даже в зеркало смотреть с подозрением. Был как-то в гостях у меня один Рак, так попросил обработать хлоркой мыло. Брезгливый, как Мойша в одесском публичном доме, всё боится подцепить гадость. Поэтому на кухне у нашей Сарочки он просто сдохнет с голоду.

Лев

Глядя на Львов, мне всегда хочется сказать: это что же надо такое кушать, чтобы выросло такое самомнение? Не иначе как кашу борзянку с офигевшего пшена. Корона Льва помещается не в каждый дверной проём. Хотя при такой пренебрежительности к ближним, нужно следить, чтобы корона не превратилась таки в рога.

Дева

Ойц, эти как моя невестка: аккуратные, хорошо убирают, готовят, вяжут… Ну гадюки гадюками! Эти могут смеяться по расписанию. Мужья их называют «ОКЗ» — «откуда-куда-зачем». Ведь муж даже спать должен с руками поверх одеяла, иначе у Дев случается нарушение их программы тотального контроля за окружающими.

Весы

Если в разговоре с вами кто-то начал фразу с «молодой человек», а закончил «старый пень», то скорее всего то Весы. Да, частенько они расстроены как у тёти Софи пианино. А что? Всё равно же они такие все утонченные, художественно подкованные, что обижаться нет на них никаких сил.

Стрелец

Если бы я тут вам травил майсы, я бы сказал коротко: «Стрелец тот ещё пурыц». Носится со своим мнением, как с той писаной Торой. Но поди ж ты — липнут к нему бабы, будто он не Стрелец, а медом намазанный хозяин нефтяной вышки.

Скорпион

Знаете, почему у Скорпиона на причинном месте никогда не будет расти трава? А где вы видели траву на беговой дорожке? Этот швицер если не делает кобелиное, то думает за него, а если не делает какую-нибудь мадам, то делает кому-нибудь мозг. Так что легче уж дать, чем объяснить, почему нет.

Козерог

Самый еврейский знак зодиака! В детстве, чтобы успокоить, ему трясли перед носом не погремушку, а копилку. Вы когда-нибудь видели, чтобы жену выбирали, потому что у неё отец высланный из страны олигарх, который может слать письма, только прикрепив их к денежному переводу из швейцарского банка? Так вот, так выбирает себе жену Козерог. Наверное поэтому и счастлив в семье, кто ж знает.
ЕВРЕЙСКИЙ ГОРОСКОП ))

📝 | №1693

1

СНЕГ | 18+ 🙂

В тот год не было первого снега. Тот, который неожиданно повалил в октябре, был слишком ранним даже для первого, и все с уверенностью рассуждали, что он точно растает и не ляжет. Доводы были разные, но один стальнее другого: личный опыт, народные приметы (даже тех народов, у которых снега отродясь не бывало) и желание отсрочить зиму придавали уверенности этим рассуждениям: первый снег тает всегда. Но снег никого не слушал, а может, и слушал, да просто (как я и предположил) не был первым. Он падал и падал… Сначала таял в жирной грязи дорог, на оставшихся жёлтых листьях и лип к подошвам, потом покрыл всё трусливым тоненьким слоем и продолжил падать. Исчезли дороги, а после, укатанные машинами, стали неожиданно ровными и гладкими. Не то что летом. Исчезла тропа в сопках и долго ждала смельчаков, которые первыми пойдут по ней и пробьют дорогу в базу. Она всё ждала, а снег всё падал и падал, и пока только серые будни водили по ней за собой чёрные ночи.

В тех краях зима больше всего похожа на сказку: народа там живёт мало, ни фабрик, ни заводов — вообще минимум цивилизации, и снег лежит почти везде нетронутым и ярко-белым, накрывая себя поверху глухой тишиной. Именно из-за этой тишины и хочется зимой впадать в спячку; это весной или осенью тянет непременно куда-то бежать и срочно что-то делать, а зимой чем меньше движений, тем гармоничнее на фоне природы себя чувствуешь, — лёг, укутался, чай рядом поставил и всё — до мая меня не трогайте, будьте так любезны.

Когда снега навалило столько, что скрылись деревья и кусты, а брошенные машины в посёлке начали служить детям горками для катания на санках, стало очевидно даже самым упёртым консерваторам, что он уже точно не сойдёт и народные приметы в этот раз не сработали, и все смирились с неизбежностью. А с неизбежностью больше ничего сделать и нельзя.

— Вот поди ж ты, — бурчал второй в цепочке смельчаков, топчущих тропу, зам, — законы природы и то сбои дают!
— Не то что твои постановления пленумов, да? — оборачивался к нему старпом (всегда шёл первым — как определял тропу, никто понять не мог), — они-то нас никогда не подведут! Ой, что это я! Это же раньше было, а теперь-то их отменили за ненадобностью! Как жить? Как жить? Того и гляди небеса рухнут!
— И кто уже удивится?
— Боги?
— Даёшь ты! Один был — дедушка Ленин — и того свергли, а прочие давно уж померли. Как тебя к самостоятельному управлению кораблём допустили без знания основ мироздания?
— Так меня же допускали его уничтожать, а не постигать! Разные вещи же. А так да, повезло, что ни одного попа в приёмной комиссии не было, успел я проскочить, видишь, пока духовность возрождать не начали.
— Думаешь, начнут?
— Поспорим?

Остальная цепочка шла молча: на вершинах сопок снег, подчищаемый ветром, едва доходил до колена, но в низинах кое-где брели и по пояс. Старпому-то было нипочём, зам тоже из породы старых коней, а молодёжь дышала тяжело — особенно те, которые участвовали в мероприятии впервые.

— Ха! Вот она — Нерпичья! — крякнул зам, когда с вершины последней сопки открылся вид на дорогу к пирсам и сами пирсы с пока чёрными, как бельма, лодками на общем белоснежном фоне.

— Всё, — старпом резко выдохнул и остановился, — не могу больше!
— Да ладно, — тронул его за плечо зам, — не так всё плохо, чего ты? Выкарабкаемся как-нибудь, ну могло же быть и хуже, понимаешь? Война могла быть, разруха, американцы кругом. И тебя всё равно командиром назначат, ну чего ты, ну потерпи, ты же умный, ты же монстр в вопросах боевой подготовки!

Старпом распахнул полы шинели и ковырялся внутри, слегка притопывая:

— Да не о том я, чего ты меня баюкаешь? Не могу больше терпеть в себе чай! Надо срочно привязать коня. Думал, дотерплю до парохода, ан нет. Отвернитесь там, э! Старпом писать будет!
— Это вы кому? — удивился управленец (третий в цепочке). — Нам или женщинам в штабе кричите? Мы-то, можно подумать, не видели там чего или, можно ещё подумать, там есть у Вас чем нас удивить!
— Так, блядь! — взялся за дело зам. — Разговорчики в строю! Кому сказано отвернуться! Рассуждают они! Распустились!
— Пусть только это, в бок коня привязывает, а не на тропу!
— Да без вас капитан второго ранга не разберётся, как ему поссать! А!
— Без нас-то, может, и разберётся, а нам по его разбору ходить потом не больно-то и охота!
— Ну что вы, наговорились? — старпом оправлялся. — Я уж всё. Или подождать, пока вы драку не затеете?

Зам сдвинул шапку на затылок, от прилипших ко лбу волос повалил пар.

— Какую драку? Мы же офицеры!
— Ну офицерскую, значит. Повыхватываете шпаги и ну на снег кровью полоскать! Вот бы я посмотрел!
— Но нет. Двигай давай, посмотрун.

Вниз скатились быстро. На дороге, почищенной каким-то заезжим трактором (своего в дивизии не было), долго и не спеша отряхивались, высыпали, держась друг за друга, снег из ботиноки курили.

— Ну вот, — старпом снял шапку, — вечером обратно пройдём, и готова тропа! Молодцы мы, да?
— Молодцовее и не бывает! — поддержал его зам. — О, командарм наш из штаба идёт!

Командир шёл медленно, о чём-то задумавшись, смотрел себе под ноги (понуро, — подумал бы незнакомый человек, но мы же не незнакомцы — так думать не станем) и совсем как-то по-детски мило махал портфелем, и особенно умилительно это смотрелась не из-за возраста, а из-за его крупной фигуры. На самом деле, он был довольно молод, чуть за сорок, но командирская служба быстро старит мужчин. Тех, которых не сживает со света вовсе. Увидев своих офицеров, явно обрадовался и ускорился.

— Товарищи офицеры (был и один мичман, но отчего бы не сделать ему приятно, видимо, решил командир), — командир жал всем по очереди руки, — что, решили сегодня здесь игнорировать суточный план, не заходя на корабль?
— Отнюдь! — засмеялся старпом. — Физподготовка у меня в плане! Вот и отработали ходьбу по пересечённой местности!
— А! То-то я смотрю, вы заснеженные, а баб снежных вокруг и не видно! Где, думаю, извалялись?
— Плохо Вы о нас, тащ командир думаете! Уж мы-то всегда найдём, в чём изваляться!
— И баб?
— Заметьте, тащ командир, не я это предложил!

К кораблю пошли не торопясь: впереди командир со старпомом и замом, а остальные — чуть сзади, для соблюдения необходимой почтительности. Командир почтительность тоже ценил и, рассказывая о каких-то штабных делах старпому с замом, периодически оборачивался, чтоб и задним было его хорошо слыхать. Хотя задним мало интереса было до штабных дел, что их касается — и так доведут. Спустившись от второго КПП к судоремонтному заводу, они постепенно скрывались из нашего вида; почти и не различить уже было — люди там идут или стая чёрных воронов, которая устала лететь и пошла по своим делам пешком. Да и снег. Сначала редко и не спеша, а потом всё гуще и гуще, он опять пошёл.

Всегда, когда снег уже улёгся, но не успел ещё стать рыхлым и тяжёлым, в воздухе витает какое-то ожидание. Ждут чего-то все, даже те, кто утверждают, что не ждут уже ничего: кто Нового года с чудесами, кто весны, которая и сама по себе — чудо, а кто и просто пенсии. Но одно дело, когда снег укладывается к концу ноября — началу декабря, а совсем ведь другое, когда в раннем октябре. Сколько можно носить в себе лёгкое невесомое ожидание без видимого срока его исполнения и не упустить его в грустное разочарование, что вот, опять всё как всегда? И не было же в этом году повода, который отличал бы его от прошлого, позапрошлого или будет отличать от будущего, но откуда-то берётся это ощущение ожидания чего-то непременно светлого. Может, из снега?

Проскочил ноябрь, декабрь перевалил уже далеко за свою середину и по ощущениям тех, для кого эта зима была первой в Заполярье, Новый год уже прошёл, а нет — всё ещё висел и уже почти на носу. Странное ощущение — я его ещё помню.

Тропа снегом уже не зарастала — раз протоптанная, она всегда стояла всю зиму: цепочки людей в обе стороны не кончались.

— Ну что, Вася, ходил ли ты вчера к Лене? — спрашивал один спецтрюмный в спину другого, топая за ним по тропе.
— Ходил, Гена, ходил.

Они были одноклассниками и дружили ещё с училища, а потом так повезло, что и на службу вместе устроились.

— Ну и как там она?
— Как там она. Жопа вообще. Как тень стала, смотрит вроде на тебя, а вроде как и внутрь, рассеянная, глаза опухшие, руки трясутся. Полы там помыл вчера, снежинок на окна наклеил, велел держаться и верить в лучшее. Надеяться. Потом и моя с работы подгребла, сидели там с ней на кухне и делали вид, что разговаривают о посторонних вещах. Странная это штука, надежда, да, Вася?
— Жизнь вообще странная штука, вот что я тебе скажу, Гена.
— Это понятно, но вот смотри, без надежды, оно всё проще выходило бы, разве нет? Хорошо — значит хорошо, плохо — значит плохо, и приспосабливайся к этому плохо, учись жить в нём прямо сейчас, а то сидишь, сопли распускаешь — надеешься. К чему всё это? Потом же всё-равно приспосабливаться. Я думаю, знаешь что, Вася, что Надежду эту самую Пандора из ящика своего выпустила. Ну там, представь, крышку приоткрыла, а хитрюга эта аккурат сверху и сидела, на всех несчастьях верхом, и раз — выпрыгнула к нам. Пандора-то передумала потом, чего это, мол, я людишек-то, а поздно: вот она, Надежда, с нами уже живёт и по свету шастает.
— Ну нас с тобой забыли спросить, когда эту надежду придумывали. И Пандору.
— Забыли, а могли бы! Уж мы-то насоветовали бы, как оно лучше сделать. Что там Миша?
— А Миша вчера подрался в садике, потому что они спорили, чей папка погиб, а чей домой вернётся, и там шкет какой-то утверждал, что его папка из штурманов и наверняка жив, а вот Мишкин, механик, точно погиб. Ну и помутузили друг друга. Воспитательница в шоке, молоденькая какая-то, в этом году только приехала, примите меры, говорит Лене и той, второй маме, а те детей в охапку, да по домам — плакать, чтоб никто не видел. О, глянь, — командир. Товарищ командир! Товарищ командир! Подождите нас!!!

Оба бегом понеслись с сопки вниз, проваливаясь местами в снег и даже пару раз упав в мягкие сугробы, но не обращая на это внимания — спешили.
Командир стоял и ждал — знал, чего бегут.

— Здра желаем! Ну что Вы — узнали чего?

Третий их друг, Коля, возвращался (или не возвращался) на аварийной подводной лодке из соседней дивизии. Она давно должна была закончить поход и к 25 декабря вернуться, но потерпела аварию (пожар — было в сухом донесении) и её сейчас практически без хода тащили в базу. «Есть пострадавшие, остальной экипаж чувствует себя нормально», — было в том же донесении. И всё, молчание. Что такое «пострадавший» для сухого языка военно-морских донесений, никто толком объяснить не мог. Ломали руки, ноги, обжигались, переохлаждались, травмировали головы, но пострадавшими от этого не считались в достаточной степени, чтоб беспокоить этим штабы — это, если исходить из общего опыта. Вот сиди и гадай, как они там пострадали, а уж фамилий тем более было не добиться: не положено.

— Привет, ребята. Да ничего толком — связь есть, но про погибших не говорят. Сами-то знают наверняка, но не говорят. Семью проведываете его?
— Да, я вчера ходил, а сегодня Гена сходит.
— Держится?
— С трудом.
— Сын его как?
— Да маленький он совсем ещё, уверен, что плохого не бывает. Письмо Деду Морозу написал, чтоб папку ему к Новому году домой вернул. Я, говорит, хорошим мальчиком весь год был, маму слушался, кашу ел и молоко с пенкой пил — Дед Мороз меня послушает.
— Дед Мороз, блядь, совсем не лишний в такой ситуации. Пригодился бы. Вы на Новый год собираетесь?
— Собираемся, но она не пойдёт никуда, сами к ним пойдём, наши жёны наготовят заранее, если будет из чего, и будем с ними встречать. Ну дети хоть поиграются, хули, праздник же.
— Правильно. Это правильно — молодцы вы. Вы знаете что, там в корабельной кассе есть деньги ещё, скажите помощнику, что я велел вам их отдать, хер с ней с этой бумагой, канцелярщиной и картриджами, сделайте там нормально всё: мандаринов накупите, конфет. Детям чтоб хоть бы.
— Да не надо, тащ командир…
— Я спрашивал тебя, надо или не надо? Я как сказал — так берёте и делаете. Надо будет вас спросить — я спрошу. Что за неуместное стеснение? Зачем его демонстрировать в самых неподходящих местах? Верхний! Помощника мне вызови!

Пока Вася с Геной курили на срезе пирса, командир отдавал помощнику указания и тыкал в их сторону пальцем. Потом грозил пальцем помощнику и показывал им кулак, помощник утвердительно кивал головой и строго смотрел на спецтрюмных, а в конце, нелепо даже для такой ситуации, отдал командиру честь:

— Есть, тащ командир! Лично проконтролирую! Оба ко мне! (добавил уже в сторону офицеров).

Офицеры в ответ показали ему ещё довольно жирные бычки, вопросительно пожали плечами и сделали вот так бровями; помощник понимающе кивнул, но строго смотреть не перестал — любил это дело. Дождавшись Васю с Геной, строго-настрого проинструктировал их по поводу того, в каких пропорциях следует потратить корабельные деньги на новогодний стол, какие корабельные деньги — уточнили Вася с Геной, а те, ответил помощник, которые вы получите у меня ровно через один час и двадцать минут, а сейчас я пойду наскребать их по сусекам и попрошу без опозданий, потому что я не механик и мне бока отлёживать некогда в отличие от.

Денег было и правда не так много, чтоб принципиально упираться их брать. Вася с Геной отнесли их своим жёнам, а потом ещё удивлялись, как это из таких сравнительно небольших денег можно накупить вот эту вот всю сравнительно большую кучу, а жёны отвечали, что это им не гайки крутить — тут соображать уметь нужно и, пока резали, заправляли и готовили, неловко радовались наступающему празднику — это всегда неловко, когда у тебя всё хорошо, а у друга твоего не пойми как, и поделать ты ничего с этим не можешь. И надежда эта ещё. Сбивает с толку.

Лена их не ждала — заранее не предупреждали, чтоб не упиралась и не отнекивалась, а пришли сюрпризом, но Мишка искренне обрадовался, хотя как ещё можно радоваться в пять лет? Пока накрывали стол, Лена сидела потухшая и смотрела в окно, в процессе подготовки участие принимала мало и больше из остатков вежливости, которые отчаяние в ней ещё не потушило, дети весело играли, и только им и было по-настоящему весело.

К двадцати трём часам уселись за стол — должен был прийти Дед Мороз, которого снарядила дивизия для поздравления семей задержавшегося экипажа, но провожать старый год Лена отказалась наотрез, как будто это могло на что-то повлиять, но кто мы такие, чтоб рассуждать об этом, не чувствуя того, что чувствовала тогда она?

Дед Мороз пришёл нарядный и абсолютно трезвый. Миша без запинки прочитал стишок про ёлочку, глядя блестящими глазками в глаза старика-волшебника и задыхаясь от волнения на длинных окончаниях. Дед Мороз Мишу похвалил за стих и старания в течение всего года, рассказал ему, как мчался на оленях, чтоб успеть поздравить всех детей с Новым годом, правда Снегурочка? У Снегурочки, видимо, нервы были послабее, и она с трудом улыбалась, но старательно кивнула. Вот тебе подарок от нас, Миша, сказал Дед Мороз и вытащил из своего мешка какую-то игрушку (никто потом так и не смог вспомнить, какую именно), протянув её малышу. Миша растеряно захлопал глазами и, потянув было руки навстречу, резко убрал их за спину, не отрывая взгляда от глаз Деда Мороза.

— Что такое, малыш? — спросил Дед Мороз.
— Я не просил игрушек, — тихо и было слышно, что волнуясь, ответил Миша, — я просил, папу чтоб ты мне вернул.

И заплакал. В плаче этом не было капризных ноток, или истерики, или злости — он просто стоял, держал руки за спиной, смотрел в глаза Деду Морозу, а слёзы текли по щекам двумя ручьями, за слезами некрасиво запузырились сопли. Первой не выдержала Снегурочка, потом Лена выскочила в ванную, а потом и жёны Васи с Геной, не то чтобы в голос и картинно, а как-то тихо и спокойно заревели.

— Что за шум, а драки нет? — оттолкнув Снегурочку дверью, домой ворвался Коля.

В прихожей сразу отчётливо завоняло горелым: у Коли не было левой брови, вся скула отчётливо желтела проходящим синяком, он смешно свистел на буквах «ч» и «ш» по причине отсутствия клыка и резца слева, но довольно улыбался.

Первым опомнился Миша. С криком «Спасибо, дедушка!» он бросился папе на шею, на крик ребёнка из ванной выглянула Лена и через миг уже тихо плакала на левом Колином погоне.

— О, тут нормально у вас, в смысле у меня, — из-под Миши и Лены глуховато говорил Коля, — что тут, думаю, мои, скучают же, а тут на тебе: и стол, и снежинки на окнах, и друзья, и Дед Мороз!
— Ты скажи, что там у вас, а то мне ещё половину семей обходить, — Дед Мороз взял Колю под локоть.
— Да нормально всё у нас, ну погорели, ну там я вон бровь спалил, да зубы выбил, кто легче, кто тяжелее, но живы все, нам сказали про телеграмму, кто придумал эту секретность, а? Правда?
— Ух ты, ёпта, хорошо-то как! — и Дед Мороз властно указал Васе и Гене бровями в сторону кухни.

На кухне он плюхнулся на табуретку, снял нарядную красную шапку в звёздах и мишуре, обнажив под ней самую что ни на есть лысину в венчике седоватых волос, и сделался каким-то нелепым существом: от бровей и выше обычным мужиком, а ниже — сказочным персонажем.

— Наливайте! — махнул он рукой Васе с Геной. — Теперь можно и даже нужно! В пизду такой праздник, как сегодня, не могу, ноги не несут. А что делать, надо же, да? Ну дети же, а тут пацанёнок заплакал и я… ну, бля, хоть в окно сигай, что, хуёвый волшебник из меня, думаю, а тут на тебе и не хуёвый, получается. Что за барство? В стакан налей — нафиг мне стопка твоя, что я — барышня?

Хлопнули по стакану — Дед Мороз пил жадно, как воду, глотая кадыком и запрокинув голову. От закуски отказался, показал — наливай ещё. Зашла Снегурочка в слезах:

— Мне налейте.
— Так ты же не пьёшь?
— А я и не буду пить. Я буду собирать пробки.
— Душу свою затыкать?
— Именно. Давайте, ребята, с Новым годом вас!

Хлопнули ещё.

— О, смотрите, — Снегурочка показала в окно, — опять снег пошёл. Красиво, да?
— А меня тошнит уже от снега, — буркнул Дед Мороз, глядя на улицу. — Вот всё думаю, сходить в госпиталь и спросить у врачей, не бывает ли аллергии на снег, а то отчего я, как в окно выгляну, снег увижу, так каждый раз сдерживаюсь, чтоб не вырвало. Как думаете, комиссуют по аллергии на снег? Нет? И я так думаю, вот и не иду. Ну давайте по третьей, да мы пойдём.
— Э, дедушка! В руках себя держи, я тебя носить потом не буду!
— Да теперь можно, внученька, теперь-то ребята домой вернулись — кому мы нужны особо? Теперь там и так праздник взаправдашний, а не вот это вот вся вата и мандарины. Давай — наливай.

В кухню заскочил Коля, уже без шинели и в домашних тапочках.

— Ребята! Ребята, какие же вы молодцы, а? Я с корабля бягу — валасы назад, тут же думаю, что, мои, а я им икру несу, шоколад, вина бутылку, а тут на тебе! Ребята, я всё отдам! Нам обещали на днях пайковые выдать, я всё…
— Я не поэт, Коля, — перебил его Вася,— но я скажу стихами…
— Ты так смешно свистишь на буквах «ч», «с» и «ша», — перебил Васю Гена.
— Ага! — согласился Коля. — И это я приноровился уже, а сначала вообще форменный цирк был. Командир сказал, что если бы он раньше знал, то сам мне зубы выбил вместо того огнетушителя — так я ему настроение поднимаю!
— Что там было-то у вас?
— Да жопа была, давайте потом? Было, да прошло — не хочу сейчас об этом! Не, ребята, пить пока не буду, со своими посидим, потом уже, ладно?

Заглянула жена Гены:

— Геннадий, на выход,! И Василия с собой прихватите.
— Да вы что, ребята? Куда? Давайте у нас, вы как так, а?
— Вы посидите, а мы позже зайдём, у нас тут есть ещё дела, да Гена?
— Да? А, дааа!

У подъезда распрощались с Дедом Морозом и Снегурочкой. Постояли, думая, куда податься.

— Беременная Лена. Тест у неё Коле в подарок приготовлен положительный. В фольге и со шнурком, всё как положено, — объяснила Генина жена. — Так чего мы там будем мельтешить, дело интимное. Пойдём к нам, посидим пока, ну или к вам, а потом уже к ним зайдём, после курантов, когда Коля в себя придёт. Гена, что ты делаешь, скажи на милость?

Гена стоял запрокинув голову и открыв рот.

— Снежинки ловлю, — объяснил он компании, — вот почему они падают прямо, а вокруг моего рта сворачивают?
— Потому, что ты лошара, — объяснил Вася, — лошара ми кантара! Смотри, как надо, салага!

И Вася, ловко маневрируя, словил несколько снежинок ртом.

— Спорим, я больше словлю?
— Спорим! Девчонки, считайте!
— Да ну вас, дурачьё! Ну какое же дурачьё, а?

После того, как Гена победил со счётом сорок семь на сорок пять, они двинулись на площадь, а потом посидеть у кого-нибудь, не то у Гены, не то у Васи, но, впрочем, какая разница? И если бы Коля вместо того, чтоб кружить на руках Лену и Мишу по очереди (он морщился от треснутого ребра, но тихонько, чтоб никто не видел), смотрел в окно, то он увидел бы, как друзья исчезают, укутываясь крупными снежинками, которые падали уже сплошной стеной и почти не кружились, а мягко стелились под ноги. И становилось сказочно красиво и пахло чудом.

Я иногда думаю, что учёные врут, что снежинки состоят всего лишь из двух атомов водорода и одного атома кислорода — где-то в их составе есть какой-то магический ингредиент, ведь откуда-то берётся это ощущение в воздухе, а откуда тогда? Да и чудеса случаются иногда, хотя, в общем и целом, жизнь не сказка, конечно.
Legal Alien

📝 | №1358

23

ИСКРОМЁТНЫЙ ЕВРЕЙСКИЙ ЮМОР

Еврейская мама учит дочь:
— И запомни, Дора, секс в мыслях мужчин опасен в двух случаях:
1. если в мыслях всегда только секс и
2. если секс всегда только в мыслях…

— Изя, а шо ты никак не женишься? Всё ищешь принцессу на свою горошину?

Циля, таки запомни :
— Мастерство женщины заключается в том, чтобы умело выдать свой гарпун за стрелу Амура!

— Роза, я, таки, не пойму, почему Сёма всё время спрашивает, как у меня на личном фронте?
— Та шо тут не понятного? На передовую хочет..

Ой, Яшенька, как вы себя имеете? Говорят, вы удачно женились? Кто познакомил вас с вашей женой?
— Я никого не виню…

— Рабинович, что это у вас под глазом синяк?
— А пусть не лезут!

Репетиция Бориса Годунова в еврейском театре. Актер, играющий Годунова, произносит свою реплику:
— Азохен вэй, товарищи бояре! Я шо-то Шуйского не вижу среди тут?
Режиссёр:
— Стоп, стоп, стоп! Моня, не среди тут, а между здесь! Это будет хоть немножечко по-русски!

— Мадам Розенблат, ваша Софочка выходит замуж?
— Да, понемножку.

Здесь проживают супруги Гольдберг?
— Нет. Но на первом этаже живет господин Гольд, а на четвертом госпожа Берг.
— Ага. Значит, они разошлись.

В Одессе в туалете на вокзале была надпись: «Спускать в обоих случаях».

— Наум Маркович, я таки пригласил вас настроить пианино, а не целовать мою дочь!
— Но она тоже выглядит расстроенной…

— Семён Маркович, как вы думаете, чем жена отличается от картины?
— Жора, вот что я вам скажу: таки жена — не Джоконда, её нужно не разглядывать, а финансировать.

Глубокая ночь. Одесса. Он и она в постели. Приближается кульминация.
Она:
— О Боже!
Он:
— Шо? Хлеб забыла купить?!!

Встречаются два одессита:
— Вы знаете, наша Циля — архитектор…
— Да, и шо она строит?
— А, эта ду@а ходит по Дерибасовской и строит из себя девочку.

— Может, чаю?
— Может, сразу?

— Представляете, Роза Марковна, вчера у моего мужа выскочил чирей!
— Что, на самом деле?
— Нет, рядом..

— Циля! Шо ж ви не спрашиваете,как я живу?
— Роза, как ви живете?
— Ой, Циля, и не спрашивайте!

Абрам, как жизнь?
— Сара, я тебя не понял! Шо это за вопрос? Мы шо уже не в одном государстве живём ?

Два изрядно перепивших еврея ломятся в ворота женского монастыря, явно не понимая, где находятся. Из-за ворот на них кричат:
— Уходите отсюда! Здесь у нас Христовы невесты, а вы кто такие?!
— Мы? Родственики со стороны жениха!

Хаим, я слышал — вы женитесь?
— Таки да!
— И как вам ваша будущая жена?
— Ой, сколько людей, столько и мнений! Маме нравится, мне — нет..

В одесском трамвае:
— Куда прёшь, интеллигент? Ещё очки нацепил!
— Откуда Вы знаете, что я интеллигент? Может, я такой же хам, как и Вы?

Умер начальник. Один из подчинённых на поминках говорит:
— Об усопших либо хорошо, либо ничего!
— Давайте молча спляшем! — предлагает Рабинович.

У меня нету времени, шоб сидеть здесь для помолчать.

Сарочка хотела таки с утра быть доброй, но к обеду отпустило.

— Ребе, у меня с памятью плохо.
— Давай в долг, тренируй память.

У Марика сверху была большая голова в очках, а снизу немножко на пописать, остальное на посмеяться…

После 11 сентября мир разделился на два лагеря — одни вешают американские флаги у себя в кабинетах, на крышах домов, покупают футболки с изображением флага, другие — эти флаги срывают, рвут и жгут… И только два старых еврея — Абрам и Мойша продолжают заниматься своим делом — шить американские флаги…

Тонет «Титаник» … Яков Гольдман, расталкивая остальных, рвётся на шлюпку.
Матрос:
— Сэр, подождите, на корабле ещё остались женщины!
— Ой, отстаньте, мне сейчас не до секса…

Она была до того правильной, до того разумной, до того высоконравственной, что очень хотелось влить в неё бутылочку коньяка и посмотреть, что получится.

— Рабинович, на какую зарплату вы рассчитываете?
— На «вау, это все мне?»

— Сара… Понимаешь, я сейчас зарабатываю прилично и могу вполне содержать ещё одну женщину… что ты на это скажешь?
— Прекрасно! Я звоню своей маме, пусть поживёт с нами….

Ребёнок в кроватке:
— Бабушка, можно уже спать или ты ещё попеть хочешь?

— Лёва, ты где был? Обещал быть в 8, а уже 11…
— Я летел к тебе пулей!
— Тебя видели в баре…
— Рикошет…

— Сегодня праздник — исход евреев из Египта!
— В Египте что ли праздник?

Циля надела новое платье и вся крутится возле зеркала :

— Фима, как я тебе?..
— Немножко надоела… А так — ничего!

— Семен, вот скажи, зачем ты ездил в отпуск со своей девушкой? Ведь это как в Тулу со своим самоваром!
— Зато я каждый день пил чай!

Абрам и Сара жили счастливо, пока не стали выяснять, кто кого осчастливил.

— Софочка до Вас снова посетители!
— А это точно до меня?
— Та не знаю… спросили … — и де эта гадина?

После операции врач говорит пациенту:
— Соломон Маркович, я пришлю к Вам на ночь медсестру.
— Доктор, как-нибудь таки в следующий раз, у меня сегодня так все болит!

— Изечка! По два вареничка на вилку, таки не культурно.
— А шо делать, Роза Моисеевна? По три, таки можно подавиться…

— Ви едите фиш из ложкой или из вилкой?
— Ой, мине все равно, лишь бы да!

— Вот, смотри, Розочка — отличница, уже в кино снимается, а ты — балбес!
— Мама, вообще-то это порно!
— Ой-вэй, ну не всем же во театре играть…

— Соломон Маркович, шо такое зрелый возраст?
— Это период между концом иллюзий молодости и началом галлюцинаций старости…

— Софочка, а давайте сыграем в карты на раздевание!
— А вам, Сёма, интересно увидеть или похвастаться?

Мать – дочери перед свадьбой:
— И запомни, дочка, супружеский секс, он такой: хочешь, не хочешь — а приходится иногда хотеть.

Одесса. Объявление на пляже: «Женщинам запрещается загорать без верха! А то не каждый низ это выдержит!»

Мама обращается к сыну:
— Яшенька, сынок, а ты таки кого хочешь братика или сестренку ?
— мамочка мине всего шесть лет и я хочу пожить для себя!

— Арончик, здравствуй! Ну, что, жена родила?
— Родила.
— Кого?
— Близнецов.
— Ой, вей! Поздравляю!!! И на кого похожи?
— Таки, друг на друга.

Банк — это место, где вам с удовольствием одолжать деньги, если вы докажете, что зарабатываете достаточно, чтобы в них не нуждаться…

— Алло, Йося! Это Циля. Ты сейчас можешь говорить?
— Могу.
— Тогда слушай…

— Розочка, ваши достоинства и недостатки? Вкратце.
— Мыслю правильно! Но вслух.

— Папа, а как появляются дети?
— Сынуля, вы в школе про тычинки и пестики уже проходили?
— Да…
— Ну, тут тоже самое, только надо еще поуговаривать…

«Привоз», рыбный ряд. Тётка:
— Бички́!!! Бички́!!!
Приезжий:
— Правильно — «бычки».
— Правильно — «Neogobius fluviatilis», малохольный, а бычки докуривал ваш папа в детдоме, когда я уже тут бички торговала.

Водитель женщине едва не угодившей под колеса его автомобиля:
— Женщина, шо вы ходите по Одессе, как та корова по Индии???!

— Фима, я помню ты любил, когда я по квартире ходила в чём мать родила…
— Циля, то, в чём тебя мать родила уже порядком износилось…

— Ребе, а что такое утечка мозгов?
— В твоем случае, Боря, это насморк….

— Официант! Я не буду есть эту гадость! ! Позовите повара!
— Бесполезно, он тоже не будет!

Врач говорит больному:
— Вам нельзя пить, курить, увлекаться случайным сексом, играть в карты…
Больной:
— Доктор, скажите честно: тут уже была моя Софочка?

— Дамочка, давайте с вами переспим…
— Ой!!! Какая наглость, у меня прямо нет слов…
— А вы, таки, кивните…

Роза приходит домой пьяная. Муж из комнаты:
— Солнышко, что там у тебя упало?
— Моя шубка…
— А почему с таким грохотом ?
— Потому что твое солнышко из нее вылезти не успела!!!

— Роза Марковна! Слишала, шо вы таки женили своего Додика! Ну и как вам невестка?
— И шо я вам могу таки сказать. Готовить умеет, висшее образование, хорошая рaбота, умеет еще шить и вязать. Очень аккуратная. В постели тоже все умеет. Додик такой счастливый. В общем — гадюка-гадюкой.

— Какое ваше главное достоинство?
— Несгибаемость.
— Вы принципиальны?
— Нет, у меня остеохондроз.

— Ой, Роза Моисеевна, Вы такая умная!..
— Я не умная, я опытная. Была бы умной — не была бы такой опытной.

— Алло! Здравствуйте! Яшу можно?
— Яша, возьми, пожалуйста, трубочку, разреши себя людям…

— Изя, почему ты больше не говоришь, шо меня любишь?
— Я уже говорил это однажды, Роза. Если шото изменится, я дам тебе знать…

Послушаешь женщин на Привозе — у всех гениальные дети, но от мужей идиотов.

— Моня, вы таки знаете как умный одесский еврей разговаривает с глупым одесским евреем?
— Знаю. По телефону. Из Нью-Йорка.

— Фиронька, вы таки женщина. Хватит говорить за политику. Давайте поговорим за секс.
— ⁠Давайте… Вот как вы думаете, когда закончится в стране это бл…ство?

— ⁠Яша, в газете написали, шо ты получил большую долю от бизнеса твоего тестя.
— ⁠Таки это опечатка. Не долю, а дулю.

—⁠ ⁠Бэлла, вы танцуете?!
—⁠ ⁠Нет.
— ⁠Ну, тогда не будем терять времени!

— ⁠Рабинович, вы почему сбежали из тюрьмы?
— Я хотел жениться.
— Да? Странное у вас представление о свободе.

Софочка, хотелось бы уже посмотреть, в чём вас мать родила.

— Фима, я вам так скажу: деньги – не главное. Главное — шоб они были!

Вот выйду на пенсию — буду каждый понедельник выходить на улицу в семь утра и смотреть, как люди идут на работу.

Акция для папы:
Уложи ребенка спать и получи маму в подарок!

У соседа перфоратор, зато у меня пианино. Ремонт закончится, а музыка вечна!

Запись в театральной книге отзывов после премьеры очередной постановки «Анны Карениной»: «Никогда ещё я так не ждал поезда».

Ша! Одесса имеет сказать пару слов…

Как только учительница произнесла фразу «Два пишем, три в уме…», Изя сразу полюбил математику.

В Одессе на Привозе три размера одежды: «на вас», «не на вас» и «надо мерить».

— Фирочка, таки Ви сегодня такая фешенебельная, шо мине аж нерентабельно…

Работник банка Сара Львовна вместо сказок читает своим детям на ночь хорошие кредитные истории.

По завещанию Семена Марковича, в случае его смерти, вы получите удовольствие.

— Ой, не пудрите мине мозги, мужчина! Сегодня и без вас понедельник!

— Ну, хорошо, Фима, первое время у меня поживешь, а утром домой поедешь.

Когда Сара сказала Изе: «Ты — самый лучший!», он понял, шо где-то, таки, было соревнование…

Изя схватился за сердце, но строгий вгляд жены заставил его прожить еще 40 лет.

Моня понял, что хочет жениться на Соне, когда та продала подаренный им букет.

Хотел положить тебе 100 рублей, но извини, уже заклеил конверт.

Если ваш муж психует, дайте ему просроченный йогурт. Пусть психует в другом месте.

Как говорила тетя Циля, «самый страшный вид безработицы — неработающая голова».

— Семьён, шо ты хочешь?
— Я хочу жениться, маман!
— И кто тибе не даёт?
— Никто!

— Фима, дорогой зять, убей муху, они переносят заразу!
— Мама, угомонитесь, она вас не поднимет.

— Сёма, ты мне полтинник должен.
— Ладно, запиши на мой счёт.
— Хорошо, прибавлю к тем 100 баксам.
— За что 100 баксов?
— За открытие счёта.

— Папа, а правда, что Иисус был евреем?
— Правда, дочка. Тогда все были евреями — время было такое…

Как говорит Семен Маркович, наши дети — как наши деньги: какими бы ни были большими, всегда кажутся маленькими.

— Наум Аронович, и почему Вы такой грустный?
— Сын женится.
— Зачем грустить, у других тоже сыновья женятся. И как зовут невесту?
— Степан.
— Да, действительно не еврейское имя.

— Софа! Шо у тебя все котлеты разного размера?!
— Изя, кажется, кто-то требовал разнообразия в еде?!

— Фима, поздравь меня! Я получила права! Завтра в Одессе будет на одного пешехода меньше!
— Ой, Сарочка! Боюсь, что больше, чем на одного…

— Софа, теперь мы будем жить в дорогой кваpтире, как ты и хотела!
— Ой, Боря, как я pада! Мы покупаем квартиру?
— Нет, нам повысили квартплату…

— Сёмочка, ты почистил зубки?
— Мама, мне уже 45 лет!
— И шо? Теперь не надо чистить зубки?!

— Фима, шо вы делаете на работе?
— А на работе я таки устаю за деньги.

— Фима, как вы смотрите на то, шобы выпить?
— Пристально.

— Сара, давай купим новый телевизор.
— Мы еще старый не досмотрели.

— Циля, я так страдаю за свою маленькую грудь.
— Ой, Фира, не делай мне нервы на ровном месте.

— Дочь, представь нам своего избранника.
— Это Адик, он модный одесский шиномонтажье.

— Пойду сделаю какао…
— Сарочка, о таких вещах не говорят вслух…

— Циля Марковна, кем это вы себя мните?
— Не ваше дело кем я себя мну.

— Сёма, шо ты мне делаешь тишину, када я тебя за шота спросила?
— Фира, я шо, неслышно кивнул головой?

Фима, дыши носом и слушай сюда. С завтрашнего дня ты будешь ходить в туалет только на работе. Електричество, туалетная бумага, вода бесплатно, а самое главное, будешь делать это в рабочее время, а значит тебе таки за это ещё и заплатят.

В oдесском лифте надпись: “Все бабы — дуры!”
Ниже, другим почерком: “Не все!”
Ещё ниже: “Дамы, не ссорьтесь!”

Два бывших мужа — это не коллекция… это неурожай!

Экзамен на американское гражданство:
— Родились?
— Да, сэр.
— Я спрашиваю, где вы родились?
— В России.
— Какая часть?
— Я весь там родился.
— Почему вы оставили Россию?
— Я не мог взять ее с собой.
— Ваш бизнес?
— Паршивый.
— Где находится Вашингтон?
— Он уже умер.
— Вы обязуетесь поддерживать Конституцию США?
— Ну что вы, сэр! Почему опять я? Неужели нельзя найти кого-нибудь другого? У меня жена и четверо детей. Мне надо их содержать.
— О’ кей. Благодарю вас. Вы успешно ответили на все вопросы.

Объявление на пляже в Одессе:
— Девушка с пятым размером бюста! Перестаньте выныривайть возле пенсионеров! Скорая не справляется!

— Рабинович! Боже мой, вы живы!?
— Как видите!
— А мне сказали, что вы умерли!
— И теперь что, мне надо ходить с венком на шее?

Из троллейбуса выходит приезжий. Спрашивает первого встречного:
— А где ваша знаменитая Дерибасовская?
— Так вам надо было еще четыре остановки проехать!
— А мне в троллейбусе сказали, что мне сейчас надо выходить!
— Простите, а вы стояли или сидели?

:) | №2903

Добавить комментарий Отменить ответ

:) | №230

ivory | 🎵

📝 | №135

🎬 | ★★★★★ | 9

Как освободиться из ментальной тюрьмы? | ✨

Практики развития удачи 💫

МАЛЕНЬКАЯ ПЕРСОНА | почему мы расстроены на самом деле ☹️

Симорон: весёлая «магия» для исполнения желаний

Причины напряжённости в теле ✨

Советы по достижению внутреннего покоя

ПСИХОСОМАТИКА | Болезнь или нервы? 🌥

С юмором — ложь и мифы о Боге 👍🏻

Уровни сознания по Д. Хокинсу

Освобождение от ожиданий | ПРАКТИКА

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ

Как освободиться из ментальной тюрьмы? | ✨

Практики развития удачи 💫

МАЛЕНЬКАЯ ПЕРСОНА | почему мы расстроены на самом деле ☹️

Симорон: весёлая «магия» для исполнения желаний

Как освободиться из ментальной тюрьмы? | ✨

Практики развития удачи 💫

МАЛЕНЬКАЯ ПЕРСОНА | почему мы расстроены на самом деле ☹️

Симорон: весёлая «магия» для исполнения желаний

Причины напряжённости в теле ✨

Советы по достижению внутреннего покоя

ПСИХОСОМАТИКА | Болезнь или нервы? 🌥

С юмором — ложь и мифы о Боге 👍🏻

Уровни сознания по Д. Хокинсу

Освобождение от ожиданий | ПРАКТИКА

АРТРИТ / АРТРОЗ | как лечить без операции и лекарств?!

МЫСЛИ И ТЕЛО 🐬 | Как мышление влияет на ваше здоровье

11 ✨ принципов осознанности, которые изменят вашу жизнь 💫

Научитесь быть счастливыми ✨

Как остановить негативные эмоции, мысли и действия?

СНЕГ | 18+ 🙂

ИСКРОМЁТНЫЙ ЕВРЕЙСКИЙ ЮМОР

Добавить комментарий Отменить ответ

СМОТРИТЕ ТАКЖЕ

УПРАВЛЯЕМАЯ РЕАЛЬНОСТЬ | главный инструмент — наше состояние!

Как включиться?

Путь от информации к материи

Почему техника «слышит» реальность?

— 1 —

— 2 —

— 3 —

— 4 —

— 5 —

— 6 —

— 1 —

— 2 —

— 3 —

— 4 —

— 5 —

— 6 —

СНЕГ | 18+ 🙂

ИСКРОМЁТНЫЙ ЕВРЕЙСКИЙ ЮМОР