Будь способен практиковать эти пять вещей в любых условиях: уравновешенность, щедрость души, искренность, убежденность и добро — и тогда ты узнаешь, что такое хорошая жизнь.
УПРАВЛЯЕМАЯ РЕАЛЬНОСТЬ | главный инструмент — наше состояние!
Мы видим вокруг отдельные предметы. А мозг видит в них команды для тела и сценарии будущего. Мозг — природный компьютер, который умеет «волшебничать»: предсказывать и создавать события. Хорошая новость: в этой магии мы можем участвовать и влиять на результат.
Как включиться?
Нужна синхронность внешнего и внутреннего. Нашим действиям важно не противоречить командам мозга. Наше внутреннее состояние действительно звучит в унисон со всем тем, что нас окружает, важно слышать Себя.
Главный инструмент для этого — наши состояния. Большинство из них нам подвластны, и их несложно распознать (психологам виват!) 😜.
Путь от информации к материи
В основе всего лежит информация. Это первичный строительный материал Вселенной. Мир состоит из информационных слоёв, которые превращаются в материю разной плотности, форму и движение.
Если понять этот путь от информации до конкретной вещи или события, можно вывести алгоритм. А зная алгоритм — получать данные о прошлом или будущем и находить способы их узнать.
Почему техника «слышит» реальность?
Электрические приборы чувствительны к информации о материальном мире. Всё потому, что электромагнитное поле влияет на движение электронов, а на само поле действует «мир информации». Поэтому в определённых условиях генератор случайных чисел может довольно точно описывать реальность.
Это похоже на старинные гадания на картах или книге, открытой наугад. Играйте! 🔮 Подробнее….
Кнопки ниже — кликабельны. По нажатию — появляется соответствующее всплывающее окно. Его содержимое различается на каждой страничке и при обновлении текущей… Играйте! 🙂
Наша Таня громко плачет: Уронила в речку мячик. — Тише, Танечка, не плачь: Не утонет в речке мяч.
А каким это стихотворение могло бы быть у других поэтов? 🙂
Маяковский
В этом мире Ничтo Не вечно, Вот и теперь Матерись или плачь: Прямо с берега Сверзился в речку Девочки Тани Мяч. Слезы хлещут Из глаз у Тани. Не реви! Не будь Плаксивою девой! Пойдем за водой — И мячик достанем. Левой! Левой! Левой!
Блок
Безутешно рыдает Татьяна, И слеза, словно кровь, горяча; Ей припала сердечная рана От упавшего в речку мяча. То прерывно вздыхает, то стонет, Вспоминая былую игру. Не печалься. Твой мяч не потонет — Мы достанем его ввечеру.
Крылов
Девица некая по имени Татьяна, Умом изрядная и телом без изъяна, В деревне дни влача, Не мыслила себе досуга без мяча. То ножкою поддаст, то ручкою толкнет, И, заигравшись с ним, не слышит и вполуха. Господь не уберег, случилася проруха — Игривый мяч упал в пучину вод. Рыдает, слезы льет несчастная Татьяна; А водовоз Кузьма — тот, что всегда вполпьяна, — Картуз совлек И тако рек: «Да полно, барышня! Сия беда — не горе. Вот Сивку запрягу, и за водою вскоре Помчуся вскачь. Багор-то мой остер, ведро мое просторно — Из речки я умело и проворно Добуду мяч». Мораль: не так просты простые водовозы. Кто знает толк в воде, тот утешает слезы.
Есенин
Хороша была Танюша, краше не было в селе, Красной рюшкою по белу сарафан на подоле. У оврага за плетнями ходит Таня ввечеру, И ногой пинает мячик — любит странную игру. Вышел парень, поклонился кучерявой головой: «Разреши, душа-Татьяна, тоже пнуть его ногой?» Побледнела, словно саван, схолодела, как роса. Душегубкою-змеею развилась ее коса. «Ой ты, парень синеглазый, не в обиду я скажу, Я его ногою пнула, а теперь не нахожу». «Не грусти, моя Танюша, видно, мяч пошёл ко дну, если ты меня полюбишь, я тотчас за ним нырну».
Лермонтов
Белеет мячик одинокий В тумане речки голубой — Сбежал от Тани недалёкой, Оставил берег свой родной… Играют волны — ветер свищет, А Таня плачет и кричит, Она свой мяч упрямо ищет, За ним по берегу бежит. Под ним струя светлей лазури, Над ним луч солнца золотой… А он, мятежный, просит бури, Как будто в бурях есть покой!
Пушкин
Татьяна, милая Татьяна! С тобой теперь я слезы лью: Река глубOка и туманна, Игрушку чудную свою С моста случайно уронила… О, как ты этот мяч любила! Ты горько плачешь и зовёшь… Не плачь! Ты мячик свой найдёшь, Он в бурной речке не утонет, Ведь мяч — не камень, не бревно, Не погрузИтся он на дно, Его поток бурлящий гонит, Течёт по лугу, через лес К плотине близлежащей ГЭС.
Гораций
Громко рыдает Татьяна, горе её безутешно; Вниз с розопламенных щек слёзы струятся рекой; Девичьим играм в саду беззаботно она предавалась — Мяч озорной удержать в тонких перстах не смогла; Выпрыгнул резвый скакун, по склону вниз устремился, С края утеса скользнув, упал в бурнопенный поток. Милая дева, не плачь, утрата твоя исцелима; Есть повеленье рабам — свежей воды привезти; Стойки, отважны они, ко всякой работе привычны — Смело пустятся вплавь, и мячик вернется к тебе.
Горький
Над седой равниной моря Громко стонет наша Таня. Брошен Танею в пучину Гордо реет Танин мячик, Круглой молнии подобный. «Тише, Таня, не печалься, — — говорит ей мудрый пингвин, Поудобнее запрятав Тело жирное в утесах, — Мяч — фигня, оно не тонет, Даже если б захотело. Слушай лучше: грянет буря — Вот тогда и будешь плакать».
По мотивам финского эпоса «Калевала»
Наша Таньен, златокудра В кудрях, с золотым отливом, От рыданий сотрясаясь И от горя почерневши Над мячом, упавшим в реку, Слёзы льёт. Над ней кукушка, Леса ласковая пташка, Песнь поет для Таньен громко, Заливается прилежно. Так кукует эта птичка: Тише Таньен, тише будь ты. Мяч в потоке не утонет, Он на дно не погрузится, И река его не примет, Мяч резиновый, а значит Он судьбой своею связан С каучуком, что из джунглей Славный род ведет извечно.
Японский вариант
Потеряла лицо Таня-тян. Плачет о мяче, укатившемся в пруд. Возьми себя в руки, дочь самурая.
«…Воспитанные люди, по моему мнению, должны удовлетворять следующим условиям:
Они уважают человеческую личность, а потому всегда снисходительны, мягки, вежливы, уступчивы… Они не бунтуют из-за молотка или пропавшей резинки; живя с кем-нибудь, они не делают из этого одолжения, а уходя, не говорят: с вами жить нельзя! Они прощают и шум, и холод, и пережаренное мясо, и остроты, и присутствие в их жилье посторонних…
Они сострадательны не к одним только нищим и кошкам. Они болеют душой и от того, чего не увидишь простым глазом.
Они уважают чужую собственность, а потому и платят долги.
Они чистосердечны и боятся лжи, как огня. Не лгут они даже в пустяках. Ложь оскорбительна для слушателя и опошляет в его глазах говорящего. Они не рисуются, держат себя на улице так же, как дома, не пускают пыли в глаза меньшей братии… Они не болтливы и не лезут с откровенностями, когда их не спрашивают… Из уважения к чужим ушам, они чаще молчат.
Они не уничижают себя с тою целью, чтобы вызвать в другом сочувствие. Они не играют на струнах чужих душ, чтоб в ответ им вздыхали и нянчились с ними. Они не говорят: «Меня не понимают!» или: «Я разменялся на мелкую монету! Я!..», потому что все это бьет на дешевый эффект, пошло, старо, фальшиво…
Они не суетны. Их не занимают такие фальшивые бриллианты, как знакомства с знаменитостями.
Если они имеют в себе талант, то уважают его. Они жертвуют для него покоем, женщинами, вином, суетой… Они горды своим талантом.
Они воспитывают в себе эстетику. Они не могут уснуть в одежде, видеть на стене щели с клопами, дышать дрянным воздухом, шагать по оплёванному полу, питаться из керосинки. Они стараются возможно укротить и облагородить половой инстинкт… Воспитанные же в этом отношении не так кухонны. Им нужны от женщины не постель, не лошадиный пот, не ум, выражающийся в умении надуть фальшивой беременностью и лгать без устали… Им, особливо художникам, нужны свежесть, изящество, человечность… Они не трескают походя водку, не нюхают шкафов, ибо они знают, что они не свиньи. Пьют они только, когда свободны, при случае… Ибо им нужна mens sana in corpore sano.
… Таковы воспитанные… Чтобы воспитаться и не стоять ниже уровня среды, в которую попал, недостаточно прочесть только Пиквика и вызубрить монолог из Фауста…
Тут нужны беспрерывный дневной и ночной труд, вечное чтение, штудировка, воля…
Тут дорог каждый час…
…Иди домой, разбей графин с водкой и ложись читать… хотя бы Тургенева, которого ты не читал…
Жду… Все мы ждем…
Твой А. Чехов»
Март 1886, Москва
Из письма Антон Павловича Чехова брату — художнику Николаю.
— Яд — это всё, что превышает ваши потребности. Ядом может стать сила, богатство, желания эго, жадность, лень, любовь, амбиции, ненависть или что-то еще.
— Что такое страх?
— Неприятие неопределенности. Если мы примем эту неопределенность, она станет приключением.
— Что такое зависть?
— Неприятие добра в других. Если мы примем это добро, оно станет вдохновением.
— Что такое гнев?
— Непринятие вещей, которые находятся вне нашего контроля. Если мы примем их, это станет кротостью.
— Что такое ненависть?
— Неприятие человека таким, каков он есть. Если мы примем человека без каких-либо условий, ненависть обернётся Любовью.
