:) | №99

1

КАЛЕЙДОСКОП МОМЕНТА СЕЙЧАС | 🕊️

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


Контент ниже cформировался в данный момент именно для Вас и изменяется, во многом отражая запрос и текущее состояние. Аналогичным образом работают и 👉🏻 красные кнопки 👈🏻 на каждой странице… 😉



📝 | №210
3

Забыть друг о друге могут только любовники, любившие недостаточно сильно, чтобы возненавидеть друг друга.

📝 | №905
5

Most of the problems in life are because of two reasons:
We act without thinking or
We keep thinking without acting.


ПРОИЗВОЛЬНЫЙ "СБОРНИК" ИЛИ ЗАМЕТКА | 📒




garnet | 🎼
21

1 | 2 | 3 | 4 | 5


по ссылке с номером наиболее откликнувшегося цвета —
гармонизация и релакс в моменте 🌱


и — улыбнуться | 😆 +улыбнуться 18+ | 😜
ПЕРЕЙТИ: «СЛУЧАЙНАЯ СТАТЬЯ | 🛎️»

📝 | №1700
3

СМЕРТЬ КАК ПРАКТИКА

Однажды один человек сказал, что думает о смерти каждый день. Ему было тридцать два года, он был здоров, у него была семья и работа. Он не был депрессивным. Он был, пожалуй, самым спокойным человеком вокруг.

В нашей культуре смерть вынесена за скобки. Мы убрали её из домов в больницы, из разговоров — в неловкое молчание, из мышления — в «потом когда-нибудь подумаю об этом». Смерть стала неприличной темой. Признаком патологии. Если человек думает о конечности — его отправляют к психологу. Но практик знает другое. Смерть — инструмент. Один из самых точных, которые существуют.

Стоики держали черепа на столах. Буддийские монахи медитировали на трупы — буквально, в традиции маранасати сидели рядом с разлагающимися телами и наблюдали. Суфии говорили: «Умри до смерти, и тогда смерть тебя не убьёт». Тибетская книга мёртвых — это не инструкция для умирающих. Это тренировочное пособие для живых. Всё это — одно и то же знание, пришедшее разными дорогами. 

Осознание конечности меняет качество присутствия. Нейрохимически, перцептивно, в ощущении времени и пространства прямо сейчас. Когда ты по-настоящему знаешь, что умрёшь, — не умом, а телом — ты начинаешь воспринимать жизнь другой плотностью.

Terror Management Theory — теория управления страхом смерти — говорит, что большая часть человеческого поведения мотивирована одним: попыткой не думать о смерти. Карьера, статус, потребление, скандалы в соцсетях, постоянная занятость — всё это работает в том числе как анестезия.

Пока я занят — я не умираю. Пока я важен — смерть подождёт. Пока я не смотрю в ту сторону — её как будто нет. Но она есть. И практик выбирает смотреть. Регулярно. Намеренно. С определённой внутренней позицией. Это не мазохизм. Это гигиена.

Первая медитация: сегодня мой последний день. Утром, до того как открыть телефон. Просто подержи в уме: допустим, сегодня последний день. Не завтра, не через год. Сегодня. Что тогда важно? Что — нет?

Это упражнение делает что-то странное с приоритетами. Мелкие обиды, тревожные мысли о чужом мнении, ощущение что «надо ещё подождать, пока жизнь начнётся» — всё это начинает выглядеть иначе. Изменилась оптика. Марк Аврелий делал это каждое утро. Он был императором Рима. Очень занятым человеком. Находил время.

Вторая медитация: письмо из конца. Садишься и пишешь от лица себя — в конце жизни. Не трагически. Как если бы прожил хорошо, долго, полно. И смотришь назад. Что было важным? Что оказалось пустым? Кого ты любил? Чего боялся зря? Это не фантазия о будущем. Это диагностический инструмент настоящего.

Когда предлагалось это упражнение на курсах — люди писали по-разному, но реакция была почти одинаковая. Тихая. Серьёзная. Иногда слёзы — но другие, не горькие. Что-то проясняется.

Третья медитация: место в цепочке. Ты — не первый. И не последний. До тебя были люди, которые тоже думали, что их проблемы — самые важные. Которые тоже боялись, любили, строили и теряли. Они умерли. После тебя будут другие. Это дает масштаб.

Практик умеет удерживать два уровня одновременно: моя жизнь важна и уникальна — и при этом она часть чего-то значительно большего, в котором она растворится. Японцы называют это mono no aware — печаль вещей. Горько-сладкое знание о том, что всё проходит. Это не депрессия. Это определённый вид красоты, который доступен только тем, кто смотрит прямо.

Что происходит с практиком, который работает со смертью? Первое — уходит мелкий страх. Страх осуждения, страх выглядеть не так, страх сказать что-то лишнее. На фоне настоящего — всё это съёживается.

Обостряется ощущение ценности. Разговор с другом, утренний свет, запах кофе, момент когда что-то наконец написалось — всё это начинает весить больше. Гедонизм здесь ни при чём. Это другое — присутствие.

Меняется отношение к выбору. Когда ты знаешь, что времени конечное количество — ты начинаешь выбирать иначе. Не «что безопаснее», а «что настоящее».

И это самое неожиданное — уходит часть эго. Эго держится на иллюзии бесконечности. «Я ещё успею. Я ещё докажу. Меня ещё запомнят». Когда смерть стоит рядом как практика — эго становится скромнее. А воля — чище.

Психология работает с травмой вокруг смерти. Чудотворчество работает с самой смертью как силой. Практик учится использовать конечность как топливо. Не бояться её — и не игнорировать. А держать рядом, как компас. Смотреть на неё в нужные моменты — и позволять ей выравнивать курс. Смерть знает, что важно. Она всегда знала. Мы просто долго отворачивались.

из сети…
📝 | №1514
9

В московском дворе мальчик по дороге из школы и разбивает снежком окно. Из дома выбегает бородатый дворник и гонится за мальчиком. Мальчик бежит от дворника и думает: «Почему я бегу от этого ужасного дворника, когда я мог бы в это время лежать на своем уютном диване и читать своего любимого американского писателя Эрнеста Хемингуэя. А он, наверное, сейчас сидит в маленьком баре на солнечной Кубе, пьёт настоящий кубинский ром, курит ароматную кубинскую сигару и любуется на очаровательных кубинских мулаток…»

Великий американский писатель Эрнест Хемингуэй сидит в маленьком баре на Кубе, страдая от жары, курит сигару, пьет дешевый ром, с отвращением смотрит на толстых лоснящихся мулаток и думает: «И что я здесь делаю? А я ведь я мог бы в это время в Париже со своим другом Андре Моруа сидеть в бистро на Елисейских полях, пить французское сухое вино, смотреть на изящных парижанок и беседовать о сюрреализме…»

Андре Моруа сидит в бистро на Елисейских полях, пьет кислое «Бордо», с отвращением смотрит на пьяных худосочных парижских шлюх, слушает болтовню каких-то идиотов о сюрреализме и думает: «И что я здесь делаю?

А я ведь мог бы в это время в заснеженной Москве со своим другом русским писателем Андреем Платоновым пить ледяную русскую водку, закусывать хрустящими солёными огурцами и любоваться на розовощеких русских баб…»

В это время в заснеженной Москве Андрей Платонов в тулупе бежит за мальчишкой и думает: «Поймаю — убью нах@й!»

📝 | №1634
1
  1. Демократия с элементами диктатуры — всё равно что запор с элементами поноса.
  2. Никому не поставить нас на колени! Мы лежали и будем лежать! 
  3. Думаю, не ошибусь, если промолчу.
  4. Любить водку, халяву, революции и быть мудаком — этого ещё не достаточно, чтобы называться русским.
  5. Скупой платит дважды, тупой — трижды. Лох платит всю жизнь.
  6. В какой еще стране спирт хранится в бронированных сейфах, а “ядерная кнопка” — в пластмассовом чемоданчике?
  7. Жизнь, конечно, не удалась, а в остальном всё нормально.
  8. Если сложить тёмное прошлое со светлым будущим, получится серое настоящее.
  9. Одна из бед новой России: понятия ум, честь и совесть стали взаимоисключающими.
  10. Всякий раз, когда я вспоминаю о том, что Господь справедлив, я дрожу за свою страну.
  11. Мы медленно запрягаем, быстро ездим и сильно тормозим.
Михаил Жванецкий

📝 | №429
5

Лучший способ предугадать будущее — изобрести его.

Стив Джобс
📝 | №30
12

Если вы хотите, чтоб жизнь улыбалась вам — подарите сначала ей своё хорошее настроение.

📝 | №1599
7

Радуйся, выбирай мысли чистые, не отделяйся от вселенной, и ты не будешь знать болезней. Всем им начало — страх и себялюбие. Береги сердце от мусора, и тело твое останется крепким и свежим.

Конкордия Антарова

©ed | оракул-нано 😜 | славного дня! 🐬🤗💖🌟🍀