

КАЛЕЙДОСКОП МОМЕНТА СЕЙЧАС | 🕊️
 Если вы не умеете наблюдать за собственными мыслями — вы в ловушке собственного ума. Вы связаны по рукам и ногам своими мыслями. И такова реальность миллионов людей на планете: они настолько отождествили себя со своим внутренним диалогом, что уже не знают о себе и о мире ничего иного… © НА ОСНОВЕ ЛЕКЦИЙ ЭКХАРДА ТОЛЛЕ: — Что стоит
Контент ниже cформировался в данный момент именно для Вас и изменяется, во многом отражая запрос и текущее состояние. Аналогичным образом работают и 👉🏻 красные кнопки 👈🏻 на каждой странице… 😉
Не печаль наша печальна, а наши дешевые радости. Первая обязанность человека — преодолеть страх. Пока у человека трясутся поджилки, все действия его останутся рабскими.
📝 | №169
📝 | №19
ПРОИЗВОЛЬНЫЙ "СБОРНИК" ИЛИ ЗАМЕТКА | 📒
Аму Мом, аудио-книги «Книга глубины» и «Великая мудрость». Коротко и ясно — про жить легко и осознанно )🎧 | ★★★★★ | 106
по ссылке с номером наиболее откликнувшегося цвета —
гармонизация и релакс в моменте 🌱
и — улыбнуться | 😆
+улыбнуться 18+ | 😜
ПЕРЕЙТИ: «СЛУЧАЙНАЯ СТАТЬЯ | 🛎️»
Мы видим вокруг отдельные предметы. А мозг видит в них команды для тела и сценарии будущего. Мозг — природный компьютер, который умеет «волшебничать»: предсказывать и создавать события. Хорошая новость: в этой магии мы можем участвовать и влиять на результат.
Нужна синхронность внешнего и внутреннего. Нашим действиям важно не противоречить командам мозга. Наше внутреннее состояние действительно звучит в унисон со всем тем, что нас окружает, важно слышать Себя.
Главный инструмент для этого — наши состояния. Большинство из них нам подвластны, и их несложно распознать (психологам виват!) 😜.
В основе всего лежит информация. Это первичный строительный материал Вселенной. Мир состоит из информационных слоёв, которые превращаются в материю разной плотности, форму и движение.
Если понять этот путь от информации до конкретной вещи или события, можно вывести алгоритм. А зная алгоритм — получать данные о прошлом или будущем и находить способы их узнать.
Электрические приборы чувствительны к информации о материальном мире. Всё потому, что электромагнитное поле влияет на движение электронов, а на само поле действует «мир информации». Поэтому в определённых условиях генератор случайных чисел может довольно точно описывать реальность.
Это похоже на старинные гадания на картах или книге, открытой наугад. Играйте! 🔮 Подробнее….
Кнопки ниже — кликабельны. По нажатию — появляется соответствующее всплывающее окно. Его содержимое различается на каждой страничке и при обновлении текущей… Играйте! 🙂
СЛУЧАЙНАЯ ЗАМЕТКА | 🎲 "СБОРНИК" ПО ВОЛЕ СЛУЧАЯ |🃏 ИНСАЙТ ДНЯ | 🐬🤗💖🌟🍀 КАЛЕЙДОСКОП МОМЕНТА СЕЙЧАС | 🕊️
…так он постепенно узнавал манеру Диона слушать исповеди, характер его утешительных увещаний, характер его деятельных вмешательств, характер его наказаний и советов. Редко позволял он себе задавать вопросы, как то случилось, когда однажды мимоходом к ним заглянул один учёный или мудрец.
У этого человека, как явствовало из его рассказов, были друзья среди магов и звездочётов; устроив привал, он час или два просидел у двух стариков-схимников вежливым и словоохотливым гостем, ведя долгие, учёные и прекрасные речи о небесных светилах и о том пути через все хоромы зодиака, который от начала до конца века вселенной должен пройти вместе со своими богами человек. Он говорил об Адаме, первом человеке, и об его тождестве с Иисусом, Распятым, называл спасение через него, Иисуса, путем Адама от древа познания к древу жизни, а райского змия — стражем священного первоистока, темной бездны, из ночных вод которой вышли все облики, все люди и боги. Дион внимательно слушал этого человека, чья сирийская речь была полна греческих вкраплений, и Иосиф удивлялся, даже негодовал, видя, что он не отвергает и не клянёт этот языческий вздор, что умные монологи всезнающего паломника как бы даже забавляют Диона и вызывают у него интерес, ибо он не только увлечённо слушал, но часто даже улыбался и кивал в ответ на какие-нибудь слова гостя, словно они ему нравились.
Когда этот человек ушел, Иосиф с запальчивостью и чуть ли не с упреком спросил:
— Как объяснить, что ты так терпеливо слушал ересь этого нечестивого язычника? Да, ты слушал ее, как мне показалось, не просто с терпением, но прямо-таки с интересом и удовольствием. Почему ты не возразил ему? Почему не попытался опровергнуть этого человека, изобличить его и обратить к вере в нашего Господа?
Дион покачал головой, сидевшей на тонкой морщинистой шее, и отвечал:
— Я не опровергал его, потому что это не принесло бы никакой пользы, вернее, потому что я и не мог бы опровергнуть его. В речах, умозаключениях, в знании мифологии и звёзд этот человек, несомненно, гораздо сильнее меня, я с ним не справился бы. А кроме того, сын мой, это не моё и не твоё дело — выступать против веры того или иного человека с утверждением, что верит он в ложь и галиматью. Я слушал этого умного человека, признаюсь, не без удовольствия, от тебя это не ускользнуло. Мне доставляло удовольствие слушать его, потому что он превосходно говорил и много чего знал, но прежде всего потому, что он напомнил мне мою молодость, ибо в молодости я много занимался такими же изысканиями. Сведения из мифологии, по поводу которых так мило болтал этот путник, вовсе не вздор. Это представления и аллегории веры, которая нам уже не нужна, потому что мы обрели веру в Иисуса, единственного Спасителя. Но для тех, кто еще не нашел нашей веры, кто, быть может, вообще не способен найти её, их вера, уходящая корнями в древнюю мудрость предков, по праву достопочтенна. Спору нет, дорогой, наша вера другая, совершенно другая. Но если наша вера не нуждается в учении о небесных светилах, зонах, изначальных водах, праматерях мира и прочих аллегориях, то это отнюдь не значит, что те учения сами по себе ошибочны, ложны и вздорны.
— Но ведь наша вера, — воскликнул Иосиф, — лучше, ведь Иисус умер за всех людей; значит, те, кто знает его, должны бороться с этими устаревшими учениями и заменять их новым, верным!
— Мы давно так и сделали, ты и я и многие другие, — спокойно сказал Дион. — Мы верующие, потому что мы прониклись верой, то есть силой Спасителя и его спасительной смерти. А те, другие, мифоведы и богословы зодиака и древних учений, не прониклись этой силой, ещё нет, и нам не дано заставить их проникнуться ею. Разве ты не заметил, Иосиф, как славно болтал, до чего ловко играл своими символами этот мифовед, как приятна была ему эта игра, как покойно и гармонично живется ему с его мудростью символов и аллегорий? Так вот, это признак того, что он не угнетён никаким тяжким страданием, что он доволен, что ему хорошо. А тем, кому хорошо, мы сказать ничего не можем. Чтобы человек пожелал спасения и спасительной веры, чтобы он перестал радоваться мудрости и гармонии своих мыслей и взял на себя великую смелость поверить в чудо спасения, для этого надо сперва, чтобы ему пришлось плохо, очень плохо, чтобы он изведал горечь и отчаяние, оказался в безвыходном положении. Нет, Иосиф, пусть этот учёный язычник пребывает в своем благополучии, пусть наслаждается своей мудростью, своим умом и своим красноречием! Может быть, завтра, может быть, через год, через десять лет он узнает такое горе, которое ничего не оставит от его искусства и его мудрости, может быть, убьют его любимую жену или его единственного сына, или он заболеет и впадёт в нищету; если мы тогда встретим его снова, то позаботимся о нём и расскажем ему, как попытались мы справиться со своей бедой. И если он тогда спросит нас: «Почему вы не сказали мне этого ни вчера, ни десять лет назад?» — мы ответим: «Тогда тебе было ещё недостаточно плохо».
Он нахмурился и помолчал. Затем, словно уйдя в воспоминания и замечтавшись, прибавил:
— Я сам когда-то с большим удовольствием играл дедовской мудростью, и, даже когда я был уже на пути креста, богословские рассуждения ещё доставляли мне радость, хотя, впрочем, и достаточно огорчений. Чаще всего я размышлял о сотворении мира и о том, что по окончании труда творения всё должно было бы, в сущности, пойти хорошо, ибо сказано: «И увидел Бог всё, что он создал, и вот, хорошо весьма». В действительности же хорошо и совершенно было это лишь один миг, в миг рая, а уже в следующий миг в совершенство вкрались вина и проклятие. Ибо Адам поел от дерева, есть от которого ему было запрещено. И вот иные учители говорили: Бог, сотворивший мир, а с ним Адама и дерево познания, — это не единственный и не высочайший бог, а лишь часть его, лишь низший бог, демиург, а творение нехорошо, оно ему не удалось и на то время, что стоит мир, проклято, оно было отдано во власть зла, пока он сам, единый бог-дух, не решил покончить через своего сына с веком проклятия. С тех пор — так учили они, и так думал и я — началось отмирание демиурга и его творения, и мир постепенно отмирает и увядает, пока не придёт новый век и не станет ни творения, ни мироздания, ни плоти, ни жадности, ни греха, ни плотского зачатия, рождения, умирания, а возникнет совершенный, духовный, спасённый мир, свободный от проклятия Адама, от вечного проклятия и бича вожделения, зачатия, рождения, смерти. Вину за нынешние беды мира мы возлагали больше на демиурга, чем на первого человека, полагая, что демиургу, если бы он действительно был самим Богом, ничего не стоило бы сотворить Адама другим или избавить его от соблазна. И в итоге наших рассуждений у нас получалось два бога, бог-творец и бог-отец, и мы не боялись судить и осуждать первого. Некоторые шли даже ещё дальше и утверждали, что сотворение мира было вообще делом дьявола, а не Бога. Веря, что своим умствованием мы помогаем Спасителю и будущему веку духа, мы так и продолжали выдумывать богов, мифы и судьбы мира, вести диспуты и заниматься богословием; и вот однажды на меня напала лихорадка, я совсем разболелся и в бреду не переставал спорить с демиургом, вёл войны, проливал кровь, был во власти всё более ужасных видений и страхов, а в ночь самого сильного жара вообразил, что должен убить собственную мать, чтобы отменить свое плотское рождение. В этом бреду дьявол травил меня всеми своими псами. Однако я выздоровел и, к разочарованию прежних моих друзей, вернулся к жизни тупым, молчаливым и скучным человеком, который вскоре вновь обрёл телесные силы, но не вкус к философствованию. Ибо в дни и ночи выздоровления, когда те отвратительные бредовые видения ушли и я почти всё время спал, я каждый миг бодрствования чувствовал рядом с собой Спасителя, чувствовал, как входит в меня исходящая из него сила, и, когда я выздоровел, мне стало грустно, оттого что я уже не мог ощутить его близости. Но вместо неё я ощутил великую тоску по этой близости, и тут обнаружилось вот что: как только я начинал опять слушать их диспуты, я чувствовал, что эта тоска — а она была тогда самым дорогим моим достоянием — исчезает, уходит в мысли и слова, как вода в песок. Короче, дорогой мой, пришел конец моему умствованию и богословствованию. С тех пор я принадлежу к простодушным. Но тем, кто смыслит в философии и мифологии, кто умеет играть в игры, в которых когда-то пробовал свои силы и я, — тем я не хочу мешать и смотреть на них свысока не хочу. Если я когда-то смирился с тем, что демиург и бог-дух, что творение и спасение в их непостижимой слитности и одновременности остались для меня неразрешенными загадками, то я должен смириться и с тем, что не могу сделать философов верующими. Это не входит в мои обязанности.
Однажды, после того как кто-то признался на исповеди в убийстве и прелюбодеянии, Дион сказал своему помощнику:
— Убийство и прелюбодеяние — это звучит очень страшно и сильно, и это правда довольно скверно, что говорить. Но знаешь, Иосиф, на самом деле эти миряне вообще не настоящие грешники. Каждый раз, когда я пытаюсь представить себя на месте кого-нибудь из них, они мне кажутся настоящими детьми. Они не порядочны, не добры, не благородны, они корыстны, жадны, высокомерны, злы, спору нет, но, по сути, они невинны совершенно так же, как дети.
— Однако, — сказал Иосиф, — ты часто весьма сурово с них спрашиваешь и живописуешь им адские муки.
— Именно поэтому. Они дети, и, когда у них бывают угрызения совести и они приходят исповедоваться, им хочется, чтобы их принимали всерьёз и всерьёз отчитывали. Таково по крайней мере моё мнение. Ты-то ведь поступал иначе, ты не бранился, не наказывал, не накладывал епитимий, а был приветлив и на прощанье просто по-братски целовал исповедовавшегося. Не стану порицать это, но я бы так не смог.
— Хорошо, — сказал Иосиф, помедлив. — Но скажи, почему же со мною, когда я тогда тебе исповедался, ты обошелся не так, как с другими, а молча поцеловал меня и не сказал ни слова в укор?
Дион Пугиль направил на него проницательный взгляд.
— Разве я поступил неправильно? — спросил он.
— Я не говорю, что это было неправильно. Это было, конечно, правильно, иначе та исповедь не оказала бы на меня такого благотворного действия.
— Ну и довольствуйся этим. К тому же я наложил на тебя тогда строгую и долгую кару, хоть и без слов. Я взял тебя с собой, обращался с тобой как со слугой и заставил тебя вернуться к обязанностям, от которых ты хотел уйти.
Он отвернулся, он не любил долгих разговоров. Но Иосиф на этот раз не отступился.
— Ты знал тогда наперёд, что я послушаюсь тебя, я обещал это ещё до исповеди и ещё не зная тебя. Нет, скажи мне: действительно ли только по этой причине ты поступил со мной так?
Дион сделал несколько шагов взад и вперед, остановился перед ним, положил руку ему на плечо и сказал:
— Миряне — это дети, сын мой. А святые — те не приходят к нам исповедоваться. Мы же, ты, я и подобные нам, схимники, искатели и отшельники, — мы не дети и не невинны, и нас никакими взбучками не исправишь. Настоящие грешники — это мы, мы, знающие и думающие, мы, вкусившие от древа познания, и нам не пристало обращаться друг с другом как с детьми, которых посекут-посекут да и отпустят побегать. Мы ведь после исповеди и покаяния не можем убежать назад в детский мир, где справляют праздники, обделывают дела, а при случае и убивают друг друга, грех для нас — не короткий, дурной сон, от которого можно отделаться исповедью и жертвой; мы пребываем в нём, мы никогда не бываем невинны, мы всё время грешники, мы постоянно пребываем в грехе и в огне нашей совести и знаем, что нам никогда не искупить своей великой вины, разве что после нашей кончины Бог помилует нас и простит. Вот почему, Иосиф, я не могу читать проповеди и определять епитимьи тебе и себе. Мы отягощены не тем или иным промахом или преступлением, а всегда самой изначальной виной; поэтому любой из нас может только заверить другого в своей осведомленности и братской любви, но не исцелить его карой. Разве ты не знал этого? Иосиф тихо ответил:
– Так оно и есть. Я знал это.
– Так не будем разглагольствовать, — коротко сказал старик и повернулся к лежавшему перед его хижиной камню, на котором он привык молиться…
отрывок из «Игры в бисер» Германа Гессе
НАСКОЛЬКО НАША ЛИЧНОСТЬ ОПРЕДЕЛЯЕТСЯ ПРИ РОЖДЕНИИ?
Вопрос о том, рождаемся ли мы уже «готовыми» личностями или становимся ими под влиянием жизни, занимает людей тысячелетиями. Идея о том, что гены могут определять наше поведение, характер и даже судьбу, часто вызывает у людей внутренний яростный протест, переходящий в искреннее возмущение, озлобление и развешивание ярлыков.
Нам хочется верить, что только уникальные мы — это «капитаны своих душ», полностью свободные в своем выборе и развитии. Мысль о том, что значительная часть нашей личности была «записана» еще до нашего рождения, кажется многим отталкивающей, ущемляющей эго, несправедливой, пугающей и даже опасной.
Однако современная наука рисует картину, которая сложнее и интереснее, чем простое противостояние врожденного и приобретенного. Журналисты BBC на днях вернулись к этой вечной теме.
Что пишут?
Миф о «гене воина» и простота старых теорий
В 2009 году в Италии произошел громкий судебный случай: человеку сократили срок за убийство на один год только потому, что его защита сослалась на наличие у него особой мутации гена MAOA, так называемого «гена воина». В 90-е годы считалось, что именно этот вариант ДНК делает человека склонным к насилию. Однако современная наука полностью опровергла идею о том, что сложные черты характера — например, агрессивность или интеллект — могут зависеть от одного-единственного гена. Человеческое поведение не определяется «волшебным переключателем» в коде ДНК.
Генетика — это не сольный инструмент, а огромный оркестр
Личность — это «полигенный» признак. Это означает, что за ваш характер отвечают не два и не три гена, а тысячи крошечных генетических вариаций, разбросанных по всему геному. Каждая из этих вариаций вносит лишь микроскопический вклад, но все вместе они складываются в ту уникальную мелодию, которую мы называем характером. Даже такие понятные физические черты, как рост, оказалось гораздо сложнее привязать к конкретным участкам генома, чем предполагалось ранее.
Статистика близнецов: сколько в нас «от природы»?
Самый масштабный анализ, охвативший более 2 500 исследований близнецов за период с 1958 по 2012 год и изучивший почти 18 000 человеческих признаков, показал четкую картину. Идентичные близнецы, имеющие 100% общих генов, всегда больше похожи друг на друга, чем обычные (разнояйцевые) близнецы, у которых общими являются только 50% ДНК. Для 568 черт, описывающих темперамент и личность, было установлено, что 47% различий между людьми обусловлены именно генетикой. В среднем ученые сходятся на том, что характер человека примерно на 40–50% зависит от наследственности.
Феноменальное сходство разлученных близнецов
История знает поразительные примеры, подтверждающие силу генов. Самый известный анекдотический случай — «близнецы Джимы», которых разлучили при рождении и которые встретились только в 39 лет. Оказалось, что оба они женились на женщинах по имени Линда, развелись и вторым браком женились на женщинах по имени Бетти. Один назвал сына Джеймс Аллан, другой — Джеймс Алан, и оба дали своим собакам кличку Той. Это кажется невероятным совпадением, но такие случаи показывают, насколько глубоко в нас могут быть «зашиты» определенные предпочтения.
Мы все почти одинаковы на уровне кода
Весь человеческий геном — это 23 пары хромосом и около 20 000 генов, состоящих из трех миллиардов пар «букв». Самое удивительное здесь то, что все люди на Земле разделяют 99,9% своей ДНК. Это означает, что все наши бесконечные различия — от цвета глаз до склонности к меланхолии — упакованы всего в 0,1% нашего генома. Но даже в этом крошечном проценте скрываются миллионы вариаций, которые ученым приходится изучать годами.
Проблема «недостающей наследственности»
Здесь наука столкнулась с загадкой. Если исследования близнецов говорят, что гены определяют характер на 40%, то прямые исследования ДНК пока находят подтверждение лишь для 9–18% этой наследственности. Это называют проблемой «недостающей наследственности». Возможно, мы просто еще не научились видеть все взаимодействия между генами, либо эффекты каждого отдельного гена настолько малы, что их крайне трудно уловить. Истина о силе природы, скорее всего, лежит где-то посередине между 10% и 40%.
Иллюзия влияния крупных жизненных событий
Многие думают, что выигрыш в лотерею или серьезная травма навсегда меняют личность человека. Однако данные показывают обратное: крупные разовые события оказывают лишь ничтожное влияние на то, кто мы есть на самом деле. Даже такие важные вехи, как брак или рождение ребенка, меняют нас лишь незначительно: брак может сделать человека чуть менее открытым новому, а рождение детей — чуть менее общительным, но эти события не переписывают наш основной жизненный сценарий.
Детские травмы против взрослых потрясений
Влияние среды работает по-разному в разном возрасте. Тяжелый стресс или травма в детстве действительно могут предсказать проблемы с психикой или когнитивными функциями в будущем, что проявляется в характере как повышенная тревожность или нервозность. Но вот что стало настоящим сюрпризом для исследователей: травматические события, пережитые во взрослом возрасте, практически не оставляют глубокого следа в структуре личности. Взрослая личность оказывается на удивление устойчивой.
Личность начинает формироваться еще в утробе
Среда — это не только школа и друзья, это еще и самый первый дом человека — матка. Существует концепция «фетального программирования», согласно которой стресс матери во время беременности напрямую влияет на темперамент будущего ребенка. Исследование 2022 года показало, что у матерей, чей уровень стресса постоянно колебался, дети уже в возрасте трех месяцев проявляли больше страха, печали и беспокойства. Это происходит не через изменение самой ДНК, а через механизмы «эпигенетики», которые определяют, какие гены будут «включены», а какие — «выключены».
«Полисреда»: миллионы мелких капель
Так же как характер зависит от тысяч генов (полигенность), он зависит и от тысяч мелких жизненных впечатлений — это называют «полисредой». Не одно грандиозное событие делает нас такими, какие мы есть, а миллионы мелких повседневных взаимодействий, которые, накапливаясь, создают мощный эффект.
Гены — это не приговор, а предрасположенность
Наличие определенного гена не означает, что вы всегда будете вести себя одинаково. Среда может «активировать» или «усыплять» определенные генетические склонности. Ваша генетическая предрасположенность может никогда не проявиться, если вы живете в условиях, которые не дают ей повода выйти на свет.
Масштаб имеет значение: почему нужны миллионы людей?
Чтобы по-настоящему понять, как работают эти крошечные генетические эффекты, ученым нужны гигантские объемы данных. Современные исследования анализируют генетику сотен тысяч и даже миллионов людей одновременно. Только на таких огромных выборках удается обнаружить сотни вариантов ДНК, связанных с базовыми чертами личности.
Опасность «зацикленности» на одной группе людей
Огромный пробел современной науки заключается в том, что большинство исследований проводится на людях европейского происхождения. Ученые предупреждают, что мы упускаем важнейшие культурные и генетические различия, игнорируя другие этнические группы. То, что верно для одного региона, может работать иначе в другом.
Связь между физиологией стресса и характером
Уже найдены конкретные биологические зацепки. Например, ген CRHR1, который отвечает за то, как наш организм регулирует реакцию на стресс, оказался тесно связан с такой чертой, как невротизм (склонность к тревожности). Этот же ген связан с депрессией и обсессивно-компульсивным расстройством. Это подтверждает, что наш характер часто является прямым отражением того, как наше тело физически реагирует на окружающий мир.
Где «живет» личность в нашем мозгу?
Новейшие данные указывают на то, что штаб-квартира нашей личности находится в пре-фронтальной коре головного мозга. Это зона, отвечающая за сложные решения и планирование. Интересно, что старая теория о том, что экстраверсия (общительность) напрямую зависит от уровня дофамина, оказалась под вопросом, так как дофаминовые нейроны не показали ожидаемой связи с чертами характера в последних исследованиях.
Сложность против простых ярлыков
Все попытки свести человеческое поведение к паре генов или паре событий из детства потерпели крах. Человек слишком сложен. Даже в таких экстремальных случаях, как склонность к насилию, всё зависит от сложнейшего коктейля: нужно иметь и определенный набор генов, и столкнуться с определенными рисками в среде (например, жестокое обращение в семье), чтобы это как-то проявилось. И даже тогда результат не гарантирован.
Главный вывод: пластичность человека
Самое важное, что открыла современная наука — это изменчивость человеческой природы. Генетическая предрасположенность — это не рельсы, с которых нельзя свернуть. Тот факт, что личность может меняться со временем, доказывает: мы не являемся рабами своего кода. Мы — это результат бесконечного и ежесекундного танца между нашими генами и тем миром, в котором мы живем. Гены задают диапазон возможностей, но то, как мы ими воспользуемся, во многом остается в наших руках.
Илья Плеханов
Бернард Вербер
- В 2 года успех — это не писать в штаны.
- В 3 года успех — это иметь полный рот зубов.
- В 12 лет успех — это быть окруженным друзьями.
- В 18 лет успех — это водить машину.
- В 20 лет успех — это хорошо заниматься сексом.
- В 35 лет успех — это зарабатывать много денег.
- В 60 лет успех — это хорошо заниматься сексом.
- В 70 лет успех — это водить машину.
- В 75 лет успех — это быть окруженным друзьями.
- В 80 лет успех — это иметь полный рот зубов.
- В 85 лет успех — не писать в штаны.
Человек ценен, когда его слова совпадают с его действиями. Most of the problems in life are because of two reasons: Делай, что можешь, с тем, что у тебя есть, и там, где ты находишься.📝 | №892
📝 | №905
We act without thinking or
We keep thinking without acting.📝 | №20


