:) | №555

7

КАЛЕЙДОСКОП МОМЕНТА СЕЙЧАС | 🕊️

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *


Контент ниже cформировался в данный момент именно для Вас и изменяется, во многом отражая запрос и текущее состояние. Аналогичным образом работают и 👉🏻 красные кнопки 👈🏻 на каждой странице… 😉



📝 | №378
9

Человек доверяет не тому, о ком он многое знает. А тому, с кем многое пережил.

📝 | №702
5

Тяжёлый труд — это скопление легких дел, которые вы не сделали, когда должны были сделать.

Джон Максвелл

ПРОИЗВОЛЬНЫЙ "СБОРНИК" ИЛИ ЗАМЕТКА | 📒



🎧 | ★★★★★ | 19
9

Николай Рерих, «Избранное», аудиокнига. Краеугольные понятия: культура, нравственность, воспитание, искусство. Те корни, которыми реально стоит гордиться…


lightcoral | 🎵
29

1 | 2 | 3 | 4 | 5 | 6


по ссылке с номером наиболее откликнувшегося цвета —
гармонизация и релакс в моменте 🌱


и — улыбнуться | 😆 +улыбнуться 18+ | 😜
ПЕРЕЙТИ: «СЛУЧАЙНАЯ СТАТЬЯ | 🛎️»

📝 | №1700
3

СМЕРТЬ КАК ПРАКТИКА

Однажды один человек сказал, что думает о смерти каждый день. Ему было тридцать два года, он был здоров, у него была семья и работа. Он не был депрессивным. Он был, пожалуй, самым спокойным человеком вокруг.

В нашей культуре смерть вынесена за скобки. Мы убрали её из домов в больницы, из разговоров — в неловкое молчание, из мышления — в «потом когда-нибудь подумаю об этом». Смерть стала неприличной темой. Признаком патологии. Если человек думает о конечности — его отправляют к психологу. Но практик знает другое. Смерть — инструмент. Один из самых точных, которые существуют.

Стоики держали черепа на столах. Буддийские монахи медитировали на трупы — буквально, в традиции маранасати сидели рядом с разлагающимися телами и наблюдали. Суфии говорили: «Умри до смерти, и тогда смерть тебя не убьёт». Тибетская книга мёртвых — это не инструкция для умирающих. Это тренировочное пособие для живых. Всё это — одно и то же знание, пришедшее разными дорогами. 

Осознание конечности меняет качество присутствия. Нейрохимически, перцептивно, в ощущении времени и пространства прямо сейчас. Когда ты по-настоящему знаешь, что умрёшь, — не умом, а телом — ты начинаешь воспринимать жизнь другой плотностью.

Terror Management Theory — теория управления страхом смерти — говорит, что большая часть человеческого поведения мотивирована одним: попыткой не думать о смерти. Карьера, статус, потребление, скандалы в соцсетях, постоянная занятость — всё это работает в том числе как анестезия.

Пока я занят — я не умираю. Пока я важен — смерть подождёт. Пока я не смотрю в ту сторону — её как будто нет. Но она есть. И практик выбирает смотреть. Регулярно. Намеренно. С определённой внутренней позицией. Это не мазохизм. Это гигиена.

Первая медитация: сегодня мой последний день. Утром, до того как открыть телефон. Просто подержи в уме: допустим, сегодня последний день. Не завтра, не через год. Сегодня. Что тогда важно? Что — нет?

Это упражнение делает что-то странное с приоритетами. Мелкие обиды, тревожные мысли о чужом мнении, ощущение что «надо ещё подождать, пока жизнь начнётся» — всё это начинает выглядеть иначе. Изменилась оптика. Марк Аврелий делал это каждое утро. Он был императором Рима. Очень занятым человеком. Находил время.

Вторая медитация: письмо из конца. Садишься и пишешь от лица себя — в конце жизни. Не трагически. Как если бы прожил хорошо, долго, полно. И смотришь назад. Что было важным? Что оказалось пустым? Кого ты любил? Чего боялся зря? Это не фантазия о будущем. Это диагностический инструмент настоящего.

Когда предлагалось это упражнение на курсах — люди писали по-разному, но реакция была почти одинаковая. Тихая. Серьёзная. Иногда слёзы — но другие, не горькие. Что-то проясняется.

Третья медитация: место в цепочке. Ты — не первый. И не последний. До тебя были люди, которые тоже думали, что их проблемы — самые важные. Которые тоже боялись, любили, строили и теряли. Они умерли. После тебя будут другие. Это дает масштаб.

Практик умеет удерживать два уровня одновременно: моя жизнь важна и уникальна — и при этом она часть чего-то значительно большего, в котором она растворится. Японцы называют это mono no aware — печаль вещей. Горько-сладкое знание о том, что всё проходит. Это не депрессия. Это определённый вид красоты, который доступен только тем, кто смотрит прямо.

Что происходит с практиком, который работает со смертью? Первое — уходит мелкий страх. Страх осуждения, страх выглядеть не так, страх сказать что-то лишнее. На фоне настоящего — всё это съёживается.

Обостряется ощущение ценности. Разговор с другом, утренний свет, запах кофе, момент когда что-то наконец написалось — всё это начинает весить больше. Гедонизм здесь ни при чём. Это другое — присутствие.

Меняется отношение к выбору. Когда ты знаешь, что времени конечное количество — ты начинаешь выбирать иначе. Не «что безопаснее», а «что настоящее».

И это самое неожиданное — уходит часть эго. Эго держится на иллюзии бесконечности. «Я ещё успею. Я ещё докажу. Меня ещё запомнят». Когда смерть стоит рядом как практика — эго становится скромнее. А воля — чище.

Психология работает с травмой вокруг смерти. Чудотворчество работает с самой смертью как силой. Практик учится использовать конечность как топливо. Не бояться её — и не игнорировать. А держать рядом, как компас. Смотреть на неё в нужные моменты — и позволять ей выравнивать курс. Смерть знает, что важно. Она всегда знала. Мы просто долго отворачивались.

из сети…
📝 | №1514
9

В московском дворе мальчик по дороге из школы и разбивает снежком окно. Из дома выбегает бородатый дворник и гонится за мальчиком. Мальчик бежит от дворника и думает: «Почему я бегу от этого ужасного дворника, когда я мог бы в это время лежать на своем уютном диване и читать своего любимого американского писателя Эрнеста Хемингуэя. А он, наверное, сейчас сидит в маленьком баре на солнечной Кубе, пьёт настоящий кубинский ром, курит ароматную кубинскую сигару и любуется на очаровательных кубинских мулаток…»

Великий американский писатель Эрнест Хемингуэй сидит в маленьком баре на Кубе, страдая от жары, курит сигару, пьет дешевый ром, с отвращением смотрит на толстых лоснящихся мулаток и думает: «И что я здесь делаю? А я ведь я мог бы в это время в Париже со своим другом Андре Моруа сидеть в бистро на Елисейских полях, пить французское сухое вино, смотреть на изящных парижанок и беседовать о сюрреализме…»

Андре Моруа сидит в бистро на Елисейских полях, пьет кислое «Бордо», с отвращением смотрит на пьяных худосочных парижских шлюх, слушает болтовню каких-то идиотов о сюрреализме и думает: «И что я здесь делаю?

А я ведь мог бы в это время в заснеженной Москве со своим другом русским писателем Андреем Платоновым пить ледяную русскую водку, закусывать хрустящими солёными огурцами и любоваться на розовощеких русских баб…»

В это время в заснеженной Москве Андрей Платонов в тулупе бежит за мальчишкой и думает: «Поймаю — убью нах@й!»

📝 | №1371
12
  • Гуманность — ограничение зла рамками необходимости;
  • Дурак бывает таким, что рядом с ним чувствуешь себя идиотом;
  • Как часто точка зрения не совпадает с точкой опоры;
  • Кащеи бессмертны, пока Иванушки — дурачки!
  • Клятва — последний аргумент лжи;
  • Копируя других, становишься одним из экземпляров;
  • Круглый дурак стремится к многогранности;
  • Личность неприкосновенна, пока недосягаема;
  • Миф — это наиболее устойчивое представление о действительности;
  • Мудрость веков поглощается глупостью дней;
  • Мы надеемся на лучшее, а оно — на нас;
  • Не бери на себя больше, чем могут от тебя выдержать;
  • Нельзя осторожно сесть мимо стула;
  • Нигилизм — отрицание недостигнутого;
  • Окружение пешек создает иллюзию, что ты — король;
  • Опыт — способность совершать те же ошибки более удачно;
  • Отдельные недостатки стремятся к объединению;
  • Параллельные линии не пересекутся, если не заинтересованны;
  • Порядок — целенаправленная суета;
  • Прогресс зашел так далеко, что потерял людей из виду;
  • Рационализм — полный учет всего, кроме главного;
  • Репутация — слухи о вашей порядочности;
  • Соль жизни в том, что она — не сахар;
  • Сомнение — шепот истины;
  • Стань нужен самому себе, и ты понадобишься многим;
  • Стараясь быть как все, становишься никем.
  • Чтобы иметь ангельский характер, нужно дьявольское терпение;
Г.Е. Малкин, врач, писатель

📝 | №857
7

Кто никогда не отчаивается, для того нет невозможного! Успех — это способность не теряя энтузиазма идти от одной неудачи к другой.

Уинстон Черчиль
📝 | №1620
1

Человеку свойственно принимать границы собственного кругозора за границы мира…

Артур Шопенгауэр

©ed | оракул-нано 😜 | славного дня! 🐬🤗💖🌟🍀